Но женщина выскочила и моей комнаты и завизжала так, что ее услышали во всем доме. Прибывший сразу после вызова лекарь признал, что молодая жена князя потеряла ребенка, о существовании которого никто кроме пары не знал. Я сам узнал об этом только потому, что Маргарита Ивановна в истерике обвинила меня в смерти нерожденного дитя. Она сказала это в пылу гнева и не пояснила, что на самом деле произошло в моей комнате той ночью. Я лишь помню призраков, стоящих между нами и звенящую тишину, перед тем как ее разорвали крики несчастной женщины.

— Примерно месяц назад лекарь подтвердил, что Маргарита ждет малыша.

Я обернулся к князю и переспросил:

— У тебя будет брат. Или сестра, — собеседник развел руки в стороны и словно извиняясь продолжил. — Я не знаю, смогу ли справиться в этот раз. Но я не хочу повторять ошибок. Мы собирались рассказать об этом…

— Я рад, — перебил я родича и, поддавшись порыву, обнял его. — Я правда рад, что у нас будет еще один Чехов. И ты справишься, отец. Я в этом уверен.

И мы довольно рассмеялись. А на горизонте, над верхушками деревьев заходило солнце, окрашивая багровым чистое, безоблачное небо.

Двое людей, в длинных черных плащах и одинаковых высоких цилиндрах, не спеша шли по лесу Императорской резиденции. На территории все еще был комендантский час, но эти двое не боялись ограничений. И спокойно двигались в сторону болот.

— Как тебе мир, Рипер? — обернувшись к спутнику, начал один.

Он шел, тяжело опираясь на трость. Длинные темные волосы были заплетены в тонкие косички. Лицо его было скрыто под толстым слоем белого грима, на котором был нарисован черный оскаленный череп. Рисунок был сделан так искусно, что, казалось, на лице растворили кожу и мышцы, оголив кости.

Глава «Сынов» задумался, не торопясь с ответом.

— Здесь… весело, Самеди, — произнёс он, наконец.

Самеди удивленно поднял бровь:

— Вот как? Неужели, ты нашел мир, который пришелся тебе по душе? — усмехнулся он.

— Не могу же я бросить братьев, — развел руками Рипер. — Я создал эту организацию, и вроде как за нее в ответе.

Барон Самеди покачал головой:

— Ты взрослеешь, сын. Меняешься. Хотя здесь и правда красиво. Не зря Карло все хочет посетить этот мир.

Рипер покачал головой:

— Если старый мясник сунется сюда — я лично оторву ему голову.

— Добрый ты. Приютил Шулера, который сбежал от старого Карло, теперь вот не хочешь видеться с его отцом.

— Кабы Шулер не попал в тот театр на перекрестке, то до сих пор был бы жив, и показывал свои балаганные фокусы с оживающими картами в своем мире, — ответил Рипер. — Парнем то он был неплохим. Только характер был скверным. Хотя, в виде деревянной куклы он остался с тем же норовом.

— Ладно, как дела у Чехова? — произнес Барон, чтобы сменить тему разговора.