Он думает, что только ему можно играть с этим дурацким соглашением и оставаться безнаказанным. Он так похож на моего отца, что меня от этого воротит, и когда я оборачиваюсь и вижу, что Александр Рейн направляется внутрь, у меня в голове рождается идея.

О, Брэд, дорогой, в эту игру можно играть вдвоем, а я всегда играю на победу. Так что пришло время и мне найти себе развлечение.

Бутылка виски в руке никак не улучшает моего настроения, и я пью из нее уже почти два часа. Я более чем наполовину пьян, и все, что вижу, – это самодовольное лицо моего отца, читающего мне лекцию о драках во время игры.

Не знаю, что хуже: то, что он на самом деле думал, будто имеет на это право, или то, что его слова так сильно задели меня. Понятия не имею, почему позволил ему вывести меня из себя, и жалею, что вообще позвонил ему, но выбора не было.

Когда я делаю еще один глоток, и это никак не помогает притупить гнев, кипящий во мне, я встаю с кровати и ставлю стакан на комод. Подумываю о том, чтобы пойти на вечеринку, которая все еще продолжается, и раствориться в музыке и людях, но от этого, скорее всего, станет еще хуже.

Последнее, что мне сейчас нужно, – это еще одна ночь пустой тусовки. К тому же я переоделся в шорты и майку, как только вошел в комнату, и у меня нет желания снова наряжаться и потакать людям.

Эта мысль будто бы призывает кого-то, и моя дверь дребезжит от стука. Я хмурюсь. Большинство на этих вечеринках знают, что в мою спальню вход воспрещен, если они только не получили приглашения. Так кто же, черт возьми, так сюда рвется? Я бросаюсь к двери, отпираю ее и распахиваю настежь. Передо мной оказывается пара глаз, смотрящих на меня в пьяном замешательстве.

– Меня уже начинает тошнить от того, что я открываю двери и вижу тебя по другую сторону, принцесса, – вздыхаю я, в изнеможении проводя рукой по подбородку.

На меня, склонив голову набок и словно бы оценивая, смотрит Мэдди Питерс.

Я открываю рот, чтобы спросить ее, какого черта она делает, но она меня опережает.

– А, да к черту, – она бросается ко мне, заталкивая нас обоих обратно в комнату, затем закрывает за нами дверь и прислоняется к ней.

Я снова пытаюсь заговорить, но она поднимает руку и заставляет меня замолчать.

– Просто помолчи секунду.

Ее пристальный взгляд путешествует вверх и вниз по моему телу. Она изучает меня совершенно спокойно, и мне ничего другого не остается, кроме как последовать ее примеру. Судя по ее остекленевшему взгляду, который в кои-то веки не пышет ненавистью, она немного пьяна. Волосы растрепаны, будто она только что провела по ним руками. На ней узкие облегающие брюки, подчеркивающие все ее изгибы, а также топ, похожий на корсет, великолепно выделяющий потрясающие сиськи.