Слабак, тряпка, пьяница… Он приложил все усилия, чтобы разрушить то, что Дед создавал годами – растратил богатства Рода, распустил гвардию, потерял влияние. От него, Скалы, этот никчёмный наследник добился только одного – презрения и отвращения.

Но Теодор… Внук Железного Деда. Этот тихий, неприметный парень, которого Скала помнил ещё худым, нескладным мальчишкой, оказался достойным наследником. И кто бы мог подумать, что он всё это время тайно готовился, оттачивал свои способности, чтобы сбросить с себя груз позора, который навлекли на Род его родители.

Скалу не покидало ощущение некоторой вины перед Теодором. Парень мог бы ему довериться. Скала всегда хорошо к нему относился, видел в нём искру той же силы, той же непреклонности, которая была присуща Деду. Он мог бы помочь Теодору избежать многих ошибок, предостеречь от опасности. Но Теодор поступил, как настоящий мужчина, как истинный глава Рода – взял всё в свои руки, не рассчитывая ни на кого, кроме себя.

Скалу, правда, немного смущала та мягкость, с которой Теодор отнёсся к Иванову. Ведь герцог отнял у Вавилонских их родовое имение, используя грязные методы. И, конечно же, заслужил наказания. Скала знал, что Иванов был сильным Одарённым, обладал огромными ресурсами, а главное – был злопамятен и жесток.

«Впрочем, Теодор ещё слишком молод, – думал Скала, всматриваясь в тёмные окна усадьбы. – Возможно, он не до конца понимает, насколько опасна эта игра».

И если бы Скале пришлось выбирать между клятвой, которую он давал Аристарху много лет назад, и тем, чтобы защищать Теодора, то его рука не дрогнула бы. Потому что Теодор, не только по крови, но и по духу был настоящим Вавилонским.

Сегодня эта усадьба вернётся к своему законному владельцу. Даже если ему, Скале, придётся заплатить за это жизнью.

Он глубоко вдохнул, выдохнул, сбрасывая с себя груз сомнений, и резко скомандовал:

И гвардейцы, словно единый механизм, беспрекословно отправились вперёд, начиная штурм. Пора причинять добро и наносить справедливость! Ха-ха!

Складское помещение, забитое до отказа оружием, напоминало скорее арсенал небольшой армии, чем тайник повстанческой организации. В тусклом свете лампочки, пляшущем на стволах винтовок, рядах гранат и ящиках с патронами, сидел молодой человек. Он сидел в огромном кожаном кресле и смотрел на фотографию, зажатую в другой руке.

Вокруг него сновали люди, носили ящики, проверяли оружие, шептались, стараясь не привлекать внимания своего предводителя. Но человек, казалось, не замечал ничего вокруг. Весь его мир сейчас сжался до размеров этой фотографии.

На фотографии была изображена молодая девушка – Анастасия Разумовская. Её красивое лицо, обрамлённое каштановыми локонами, было озарено лёгкой улыбкой.