Он уже почти отошел от недавней вспышки гнева, во всяком случае, взгляд его стал намного мягче и добрее.

Я повела его к родительскому дому, с виду совершенному обычному. Вот разве что в саду мама оторвалась от души, и клумбы пестрили самыми необычными цветами, в том числе плотоядными. Впрочем, росли они в глубине сада, куда мы углубляться не стали.

Я толкнула калитку невысокого белого забора и шагнула по выложенной плитке дорожкам к крыльцу дома. Разволновалась почему-то не на шутку.

— Морис, я должна предупредить, что понятия не имею, как мама на тебя отреагирует. И как ты отреагируешь на нее.

Может, я лучше одна пойду?

— Чего ты так боишься?

— Ну… У меня очень экстравагантная мама.

— Экстравагантнее меня? — фыркнул Морис.

— Намного, — кивнула без улыбки.

— Да ладно, ты просто моих родственников еще не знаешь, — усмехнулся Морис. — Меня трудно удивить.

— Ну… Ладно, — тяжело вздохнула я. — Я предупредила.

Поднялась на крыльцо и постучала в дверной молоток.

— Мам, это я! — сказала громко, услышав приближающиеся шаги.

Дверь перед нами широко распахнулась, и я с опаской покосилась на Мориса, стоявшего справа от меня.

— Ох ты ж, — только и смог вымолвить он, тупо уставившись на открывшуюся перед ним картину.

Глава 41. Миссис хаос

Дверь нам открыла сногсшибательная красотка в красном вечернем платье и с бокалом красного вина в руке. Если не знать мою маму, Лесанию Габруа, то можно было бы подумать, что она собралась на какую-то вечеринку или прямо сейчас устраивает ее дома.

Но нет. Мама просто по жизни расхаживала дома в праздничных нарядах и даже в саду с цветами ковырялась в шикарных платьях, с таким видом, будто сама императрица снизошла до высаживания плотоядной махлювки на клумбе.

"Жизнь — это бесконечный праздник, девочка моя! — любила говорить мне мама. — Ты сама являешься хозяйкой своей жизни, так задавай же ей нужное настроение сама! Не жди, пока это сделает кто-нибудь другой."

Таким образом она активно поддерживала позитивную обстановку дома, своим примером показывая, как надо относиться ко всему по жизни, помогая мне всегда пребывать в хорошем настроении и не давая терять телесность.

У мамы был целый гардероб самых разнообразных вечерних платьев, да и у меня шкафы были забиты яркой одеждой.

В Генеральный Штаб я, конечно, тащить все это добро не стала. Обошлась розовыми юбочками и туфельками.

Сейчас Лесания предстала перед нами в длинном красном платье, расшитом пайетками. Фигура у мамы была на зависть многим, так что ее глубокое декольте выглядело действительно впечатляюще. Да и огненные волосы добавляли своеобразный шарм.

Огненные волосы — это я сейчас не для красного словца сказала. Светлые волосы моей мамы, невысокой женщины средних лет, натурально искрились языками пламени.