— А я откуда знаю, Кузнецов? Никаких записей про него нет по этому поводу! Я же тебе только что сказала!

— Ну… Тогда извините, я побегу, — встав с кресла, я подхватил рыжего и засунул за пазуху. — Сам разберусь, чем его кормить. Старый проверенный метод.

— Это какой еще метод, Миша? Оставил бы ты на пару месяцев его…

Она вскочила и принялась медленно приближаться ко мне, перебирая пальцами.

— Ну или на годик. А мы его изучим…

— Наталья Геннадьевна, нет!

— Точно! Сам его воспитаю. Буду наблюдать и записывать, если вас это устроит.

— Устроит! — тут же согласилась она и пожала мне руку.

Когда я спустился, оставалось еще полчаса до встречи с Есениным.

Данила уже заждался.

— Погнали! — крикнул я, запрыгивая на заднее сиденье, и сунул водиле адрес. — У нас полчаса!

— Пфф, — улыбнулся Данила и достал свою фирменную кепочку. — Спокуха, босс, успеем.

Он глянул на лисенка, но промолчал. Спасибо, дорогой друг. Еще один круг «а чего, а зачем» я бы не перенес.

Удивительно, что мне удалось приютить такое редкое животное. Без сомнения, лисенок красивый, но как его дрессировать? Он вообще способен к обучению? Вот угольки быстро осваивались и даже учили язык.

Но то врожденная способность или все из-за того, что они стали моими питомцами?

Лисенок лег на спину лапками вверх, поглядывая на меня в надежде, что я поглажу ему живот. Пришлось погладить.

Лора продолжала умиляться.

— Ну, подруга, а ты что скажешь? Сильный он или просто красивое животное?

— Если сведения Ермаковой, что с возрастом он может отращивать хвосты и превращаться в стихийное бедствие, верны, то и сейчас малыш способен дать жару, — сказала Лора. — Но я не чувствую в нем большой силы.

Он точно не сильнее Посейдона или угольков.

— Эх, жаль, — вздохнул я, почесывая ему пузико. — Проверь болячки и паразитов. А то мало ли…

Лора через Болванчика просканировала малыша и заверила, что он чист.

— Как же тебя назвать…

Не хотелось давать ему имя из разряда Пушок или Барсик. Как там лисов называют? Ну не Крендель же или Пирожок? Надо бы подобрать что-то приличное.

Ладно, вернусь к этому вопросу чуть позднее. Пока оставалась еще одна вещь.

Я закрыл глаза и через хранилище позвал угольков. Пусть подойдут к поместью Есенина со стороны стены.

— Будем насяльнка! — получил я в ответ.

Где они нахватались этого? Нормально же начинали!

До поместья Есениных осталось минут десять, и я потратил время на игры с новым членом моей необычной семьи.

Марк Трубецкой был не самым глупым человеком. В институте он сдавал экзамены почти на одни пятерки. Много практиковался в Дикой Зоне, нарабатывая опыт сражений, и пытался поднять ранг магии и прокачать браслет.

Теперь же он сидел в дешевой забегаловке за круглым грязным столом.