Немного обветренное и загорелое лицо слегка намекало, что жизнь не всегда благоволила к нему, несмотря на богатство. Какие бы испытания ни выпадали на долю этого человека, он неизменно выходил победителем, не утрачивая бодрости духа и остроумия.

Напротив, Сент-Винсент был красив какой-то экзотической мужской красотой. У него были светло-голубые кошачьи глаза, а рот кривила жестокая улыбка. Он усвоил манеру двигаться и говорить с ленивой медлительностью, которой пытались подражать многие лондонские модники. Он мог бы одеваться, как денди, но понимал, что роскошные наряды только затмят его природный шарм.

Поэтому Сент-Винсент носил исключительно строгие темные костюмы безупречного кроя.

В обществе Сент-Винсента разговор, как правило, всегда заходил о женщинах. Совсем недавно одна замужняя и занимающая видное положение в лондонском свете дама даже сделала попытку самоубийства. Это случилось после того, как ее роман с виконтом закончился. Дело получило огласку. Сент-Винсент предпочел сбежать в Стоуни-Кросс-Парк, пытаясь переждать бурю.

— Какая глупая мелодрама! — произнес виконт с издевкой, поглаживая кончиками тонких пальцев край бокала с бренди.

 — Говорили, что она изрезала запястья, а на самом-то деле просто расковыряла вену шпилькой для волос и принялась вопить со страху. Прибежала горничная, и ее спасли.

Он с отвращением покачал головой.

— Идиотка. Мы так старались сохранить нашу связь в тайне, и вот она делает такое. Теперь все в Лондоне узнали, в том числе ее муж. И чего она думала этим добиться? Хотела наказать меня за то, что я ее бросил? Так ей теперь придется мучиться в сотню раз сильнее. В таких случаях люди всегда осуждают женщин, особенно замужних.

— А что муж? — спросил Маркус, которого всегда интересовала практическая сторона дела. — Он не будет мстить?

Сент-Винсент скорчил презрительную гримасу.

— Вряд ли. Он в два раза старше жены и не прикасался к ней многие годы. Не тот он человек, чтобы рисковать жизнью ради так называемой чести. Думаю, он позволял жене делать все, что угодно, лишь бы она все хранила в тайне. Ведь никто не хочет славы рогоносца. А она-то сделала все возможное, чтобы оповестить весь свет о своем неблагоразумии! Вот дура! Саймон Хант вопросительно посмотрел на виконта.

— Интересно, — сказал он мягко, — ты считаешь, что дело только в ее неблагоразумии?

— При чем здесь я? — с жаром воскликнул Сент-Винсент. — Я хранил тайну, она — нет.

Он покачал головой и обреченно вздохнул с видом смертельно уставшего человека.

— Зря я позволил ей меня соблазнить.

— Это она тебя соблазнила? — скептически спросил Маркус.

— Клянусь всем, что для меня свято… — Сент-Винсент замолчал. — Погодите. Для меня нет ничего святого, поэтому позвольте выразиться иначе.