Мне привезли немного вещей, наверное, баба Маша кого-то попросила, дали униформу, в которой я и находилась все рабочее время.

Я уже начала привыкать, что вечерами, после всех домашних хлопот, мы с бабой Машей, садились за барную стойку и пили чай на кухне. Этот ежевечерний ритуал меня успокаивал, придавал сил и уверенности.

За очередной чашкой чая я, подперев голову руками, посейчас слушала ее байки, сидя на барном стуле за стойкой. Как была весь день в уже привычной для меня серой униформе. Волосы распустила, и они свободными кудрями рассыпались по плечам и спине… Слушая очередной смешной рассказ в ее исполнении, я заливисто смеялась, пока не услышала звонкий сигнал лифта… двери разъехались в стороны, впуская в квартиру Его в компании уже привычной охраны…

Я, быстро спрыгнув со стула, побежала к себе в комнату. Лишь бы только не встречаться с ним! Уже в комнате, забежав и прислонившись к двери, я поняла, что второпях так и оставила свои рабочие и единственные балетки там, у стула, где сидела, поджав ноги.

«Ничего, вот все уснут, вернусь и тихонько заберу…»

Не знаю, сколько прошло времени, но проснулась я от порыва ветра, который ворвался в приоткрытое окно и сейчас забавлялся со шторой, играя ей. Наверное, на улице начинается первая гроза. В начале мая грозы — частые гости. Надо бы закрыть панорамное окно в гостиной, ведущее на террасу, которое с вечера я оставила открытым, иначе, завтра все будет в пыли. Да и балетки забрать, которые бросила на кухне…

Встала. Надела на себя единственное платье униформы и очень тихо, на носочках, прошла мимо комнаты бабы Маши, которая находилась по соседству с моей спальней и вышла на кухню. На улице уже совсем стемнело и, в тусклом свете приглушенных ламп над барной стойкой, я, нагнувшись, рукой нащупала свою обувь. Не утихающий ветер все сильнее трепал шторы в гостиной и я направилась к окну, чтобы прикрыть его, когда меня остановил тихий голос из угла комнаты:

Я резко обернулась на голос и увидела, что в кресле, том самом, черном, стоящим в углу сидел Он — Зверь. Тусклый свет ламп чуть попадал на его ноги — все остальное было в тени, но мои глаза уже привыкли к темноте, и я смогла разглядеть сидящего напротив меня мужчину.

Он был полуодет. Без пиджака. Его рубашка была расстегнута до пояса. Галстук валялся все тут же, на полу у его ног. В руках у него был стакан, который был почти допит. Судя по янтарному цвету напитка — виски, предположила я.

— Подойди, — тихо приказал он мне.

Я посмотрела в сторону на коридор, из которого вышла, мысленно считая расстояние до двери своей комнаты.

«Что, если сейчас убежать и попытаться закрыться там?»

— Не советую сегодня меня злить, — коротко бросил он.