После этого прискорбного для Болгарии события (княгиня Клементина была знатной меценаткой и благотворительницей) дело воспитания детей болгарского князя было поручено наемным учителям, а сам Фердинанд от этого занятия благополучно отстранился, ибо ни черта в нем не понимал. Брак с Элеонорой Рейсс-Кёстрицской как раз и призван был добыть детям не наемную воспитательницу; но состоялся он совсем недавно и дети еще дичились новоявленной мачехи, при том, что откровенно боялись отца, называя жизнь с ним «тюрьмой». А вот адмирал Ларионов – почти сказочный герой, победивший врагов и возвеличивший свою державу. К тому же его супруга приходится им дальней родственницей, и она смотрит на них сейчас с одобряющей улыбкой, как смотрела когда-то матушка…

Фердинанд с угрожающим видом сделал было несколько шагов вниз по лестнице вслед за детьми, но тут адмирал Ларионов поднял руку.

– Остановитесь, Фердинанд, – сказал он на хорошем немецком языке, – и ведите себя благоразумно, а иначе наши люди применят к вам силу. Вы представляете, какой позор вы переживете, если вас выведут из дворца избитым и с заломленными за спину руками, будто какого-то бандита?

Повинуясь жесту адмирала, спецназовцы, которые прежде стояли спокойно двумя группами по обе стороны от людей, называющих себя Регентским советом, тоже с угрожающим видом сделали шаг вперед, вынудив Фердинанда остановиться, а потом и сделать шаг назад.

– Хорошо, господин Ларионов… вы, русские, очень хорошо придумали… – сказал Фердинанд кипящим от злости голосом, – натравили на меня мой собственный народ, а теперь празднуете победу… Признаюсь, я был величайшим из дураков, когда назначал этого предателя, – кивок в сторону Георги Вазова, – военным министром, да и господин Малинов показал себя истинным демократом, с готовностью прислуживающим тому, кто в данный момент оказался сильнее…

– Генерал Вазов не предатель, – возразил Ларионов, – он всю жизнь служил не Баттенбергу, вам или кому-то еще, он служил Болгарии, как я служу России. То, что он совершил – в интересах всей страны. Поэтому он вправе присутствовать здесь, а вот ваше дальнейшее нахождение в этом дворце не соответствует национальным интересам Болгарии…

– Хорошо, хорошо, – Фердинанд отступил на пару шагов, – допустим, что я предатель, который оправдал надежд людей, призвавших меня на престол, а вы все безгрешные. Все может быть, в подлунном мире случается и не такое… Изгнание так изгнание. Но только скажите – как оно, это изгнание, будет осуществлено и сколько у меня времени для того, чтобы собраться к отъезду?

– Нисколько, – вместо Ларионова ответил все тот же генерал Вазов, – сейчас вы пойдете с русскими товарищами, сядете вместе с ними в авто, которое отвезет вас на вокзал.