В премьеры решил махнуть, а мы в этом должны ему вроде как помочь – устроить правительственный кризис и вакуум власти… Взамен сей благородный джентльмен обещает, что англичанка перестать гадить – то есть, говоря официальным языком, Великобритания начнет вести дружественную нам политику, что конечно же, вилами на воде писано, потому что старую англосаксонскую элиту так просто, заменой премьера, не сломать… Тут действительно нужен Кромвель – то есть человек, не просто знающий, чего он хочет и обладающий политической волей, но еще упрямый и в какой-то мере маниакально жестокий.
– Ну, Виктор Сергеевич, – задумчиво произнес император, – добрую палку любая собака поймет. Только вы, друг мой, тоже не перегибайте: та часть британской элиты, которая ненавидит Россию из принципа, составляет среди нее ничтожное меньшинство. Остальные либо некритически воспринимают тезис о том, что Россия угрожает британским владениям в Индии, Персии, Суэцкому каналу и так далее, либо просто оценивает происходящее с той позиции, что их британское государство, чтобы оно ни делало, всегда право, а их дело – служить ему, а не рассуждать…
– Конечно, это тоже верно, – хмыкнул адмирал Ларионов, – но ведь, кроме Букингемского дворца, Вестминстера и улицы Даунинг-стрит, то есть власти явной, существует еще и лондонское Сити, олицетворяющее тайную власть банкирского сообщества; а там ненавистников России – каждый второй, если не каждый первый.
– И что же тогда делать, Виктор Сергеевич, – спросил император Михаил, – сдаваться на милость враждебных сил?
– Ни в коем случае, Михаил, – угрюмо ответил адмирал Ларионов, – мы должны драться, драться и еще раз драться.
















Комментарии
Добавить комментарий