Мы тут всего лишь пару дней. Приехали на коронацию Ирраи, сестрёнки моих мужей. Ну и на своеобразный отпуск. Королева раньше времени решила отречься от трона и пожить для себя. Я всё боялась, что и Сириус свои обязанности скинет на плечи Марса, но, слава всем звёздам, тот ещё не намерен так просто расставаться с троном. И хорошо. Пусть сидит всю жизнь и передаст сразу внукам. Я просто себя не ощущаю принцессой и будущей королевой вот ни разу. Да и Марс же совсем безбашенный. Его даже с нашей дочерью страшновато оставлять. После прогулок с ним она всегда с синяками возвращается.

— Ты с каждым годом красивее становишься, Колючка, — урчит блондин, водя носом по виску и целуя в скулу. Умело отвлекает, а я ведусь. И теснее жмусь. А он добивает, всё настроение портит своим фирменным: — Особенно беременная, изнутри светишься.

— Стар! — стону, утыкаясь лбом в нос мужа. Мы предохраняемся, так как хочется для себя пожить. Адаре только недавно три исполнилось. Но нет, один деспот заладил и не отстаёт.

— Ты в последний раз когда делала тест?

— Две недели назад, — выдыхаю, уже зная, что он из кармана достанет. Киваю собственным мыслям, замечая такую знакомую пудреницу.

— А что вы делаете? — спрашивает любознательный ребенок, карабкаясь на скамью и цепляясь за наши с мужем руки. Стар её перехватывает и помогает взобраться.

— Выясняем, станешь ли ты старшей сестрой, — объясняет он, но девочка не особо понимает и переключается на меня.

— Ты не замёрзла? — меняю тему, смахивая с щёк снежинки. — Вся мокрая! Нужно переодеться.

Сползаю с колен мужа и, оставив ожидать результаты теста, подхватываю на руки чадо. В холле дворца на нас налетает блондинистый муж.

— Нельзя тебе тяжелое поднимать! — рявкает он, забирая из рук малышку, и уносится в выделенные для нас покои.

— Что это было? — спрашиваю Асада и Макса, которые присоединились к нам, так и не достроив снежный замок.

— С ним и так было невозможно. А теперь станет ещё хуже, — хмыкает Макс в губы, целует и вручает положительный во всех смыслах тест.

Около минуты уходит на осознание произошедшего. Верчу в руках пудреницу и осмысливаю. Я беременна. От Старкара. Вот как он чует это? Что за способность уникальная? Мы ведь предохранялись!

— А ну, вернись, гад! — кричу, устремляясь вслед за сбежавшим мужем. За спиной раздаются взрывы хохота.

Лана спит так сладко в самой любимой позе — на животе. Обняв подушку, скомкав одеяло где-то между ног. Сорочка задралась почти до талии, открывая её округлые бедра. Красивая. За семь лет можно было бы, наверное, налюбоваться собственной женой. Но нет. Ею невозможно насытиться. И с каждым годом любовь к ней только растёт. Никогда не считал себя семейным разумным. Даже представить не мог, что буду наслаждаться вот такой тихой жизнью в глуши.