– Значит, сначала к трем еду к Стефании, осматриваю вместе с ней квартиру, отвожу ее домой и мчусь к матери Пименовой. Сбрось мне эсэмэской ее адрес.

– С меня бутылка коньяка, – пообещал Максим.

– Так дешево не отделаешься, – пригрозил я. – Спиртное я и сам купить могу, должок за тобой останется. Когда понадобится, я вспомню о нем и потребую погасить.

– Сделаю все, что потребуешь, – опрометчиво пообещал Макс и отсоединился.

Не успел я положить трубку на стол, как в комнату вошла Татьяна.

– Ваняшка! Ты сегодня поедешь проведать Полю?

– Собирался заглянуть в клинику около часа, – ответил я, засовывая трубку в карман пиджака. – В чистую палату никого не пускают, помашу девочке рукой через стекло.

– Я была у Полинки вчера, – горестно вздохнула Таня. – Прямо сердце перевернулось, когда ее увидела – такая маленькая, тощенькая. Сделай одолжение, помоги, а?

Я усмехнулся: однако сегодня интересный день – все, как один, ждут от меня неких услуг.

Татьяна тем временем продолжала:

– Илюха совсем замотался, хватается за любую работу, не хочет, чтобы мы у тебя нахлебниками жили. И он жуть как за дочку переживает. Досталось ему, аж почернел весь, когда доктора впервые про дорогое лекарство заговорили, сообщили, что Полинке надо срочно уколы делать и таблетки пить. В областной больнице нам сразу нашептали: бесплатно могут дать не очень хорошие пилюли, нужны немецкие. Ага! Я как услышала сумму, которую за одну коробочку отдать следует, в панику впала. Нам столько денег никогда не заработать и не набрать. Врач же на мозг капал: прямо завтра курс начинайте, плохо Полине очень, а запустите болезнь, и в Москве не помогут, девочку назад в Богдановск умирать отправят. Я спать перестала. Днем плакать боялась, чтобы дочка не увидела, а ночью лежу, вою. Это что ж получается, думаю, Полинка умрет, потому что у нас денег нет? Лекарство-то есть, и поможет, но нам его не купить! В пачке десять таблеток, глотать надо по одной в день, курс лечения три месяца. Упаковка стоит девяносто тысяч…

– Больших денег у меня нет, – вздохнув, перебил я Таню, – но могу выделить для Полины сто пятьдесят тысяч. Это все, чем я сейчас располагаю.

– Спасибо, Ваняшка, хороший ты человек, но долг отдавать надо, – тихо молвила Таня.

– Берите деньги в подарок, – предложил я. – Поля мне не посторонняя.

– Нет, Ваня, мы не можем тебя грабить, и так живем в столице бесплатно, – не согласилась Татьяна. – Ты меня послушай. Илюша еще в Богдановске нашел благотворительный фонд, он нам денег прислал, мы лекарство купили, Полинка его пить начала и уколы получать. В Москве врач очень нас похвалил. А потом выяснилось, что после операции новый медикамент потребуется, его даром предоставят. Да только опять же лучше бы не наш, который бесплатный, а американский.