Юбка пышная, и ткань играет по ветру, демонстрируя мне тонкие щиколотки и красивые икры. Жемчужные аккуратные ноготки и ниточка перламутрового ремешка босоножек. Шелк натягивается на бедрах…

Словно чувствуя мой взгляд, девушка оборачивается на секунду, бросая свой прямо мне в глаза.

Какая редкая картина: нежность, уязвимость, женственность…

Хоть я и любитель несколько других «картин», но эту не оценит только полный кретин. Цепляет… Как редкость, как произведение искусства, как эстетически гармоничная вещь. Но и за мужское цепляет тоже! И даже за похоть… Но совсем не так, как, например, цепляет Элла. Тоньше… Гораздо более тонко и филигранно.

Собранные наверх волосы рассыпаются под порывом ветра. Зависаю. Она смотрится инородно на этой обшарпанной лестнице. Словно ее вырезали из журнала и приклеили в газету.

Кит открывает дверь, зацепляя ею огромный пакет в руке девушки, и он лопается.

Они растерянно смотрят друг на друга. По лестнице, словно на замедленном видео, катятся яблоки, апельсины… что-то еще…

Встряхиваюсь. Заворожила! Быстро его набираю.

– Кит. Метнулся, помог. Познакомился, взял телефон.

Вдруг пригодится? Соседка…

Кит начинает улыбаться ей, и они о чем-то негромко разговаривают. Присаживаются, начиная собирать фрукты. Она мелодично смеется.

Выхожу из машины с Баксом, делая несколько шагов к ним. Хочется разглядывать дальше. И я не отказываю себе в удовольствии.

Невысокая, но очень изящная, фигуристая, точеная, как статуэтка. На хрупком запястье – часы-браслет.

Легким движением закидывает светлые волосы за спину. Они стоят друг напротив друга, держа в охапках фрукты.

Яблоко выскальзывает из ее рук и прыгает по ступенькам вниз, и она опять смеется.

Кит глаз не отводит! И улыбается, уже как полный идиот.

Потёк…

Мы не для этого здесь! – прокашливаюсь я.

Незаметно стреляет в меня хмурым взглядом.

Проходящая мимо них женщина открывает дверь.

– Здравствуйте, Сонечка.

– Здравствуйте, тетя Маша.

– А Маргарита Викторовна как себя чувствует?

Девушка пожимает плечами.

– Не очень…

Так, так, так! – включаюсь я.

Маргарита Викторовна Салтыкова! Это что – наша «мошенница»?!

Тётя Маша открывает им дверь, и они заходят внутрь. Мы успеваем многозначительно переглянуться с Китом. Он в шоке. Расстроен…

А я?… А я – наоборот. Интересный расклад. Интригующий!

Так Ферзь или Пешка? Девчонка мутит, или просто повезло?

Достаю планшет.

Да, все верно, это она, – я наблюдаю, как они входят в квартиру.

Ведь она, чисто гипотетически, может и подменять опиаты, усиливая болевой синдром, чтобы довести жертву до такого решения. Очарования у нее через край, чтобы старушка даже не заподозрила такой расклад.

Ферзь или Пешка?…

Через десять минут Кит возвращается.

Вопросительно смотрю на него.