– Я курю у шкафа, а не в кровати, – отмахнулся Имс. – И ты прав, дорогой мой, нас заставили сделать работу над ошибками. Очень точно. Только вот вывод ты делаешь из этого в корне неправильный.

– Да, милый, именно! Ничего не закончилось, Артур. Ничего. Все только начинается.

Молчание, повисшее после этой фразы Имса, спустя минуту разорвало пение айфона.

– С каких это пор у тебя рингтоном стоит Эдит Пиаф? – буркнул Артур, перекидывая Имсу телефон.

Имс пожал плечами и сдвинул во рту сигарету из одного угла губ в другой. Номер не определился.

– Слушаю, – сказал он в трубку.

– Меня зовут Кобб, – сказали ему по-английски с той стороны. – Сдается мне, у нас есть общая тема для беседы. Не так ли?

Имс морщился, скрипел зубами и даже шипел, длинно, с чувством, когда было особенно больно. Артур тоже морщился – когда Имс шипел. Видимо, переживал за Имса, хотя показывать, конечно, не хотел. Наоборот, осуждающе насупливал брови, сжимал губы в тонкую узкую полоску.

Юсуф внимания на имсовы страдания не обращал, после того как разрезал промокшую от крови рубашку и осмотрел рану, успокоился и сейчас бесстрастно перебирал инструменты в эмалированном лотке. Инструменты мерзко звякали, нервируя Имса, свет от операционной лампы безжалостно лупил прямо в глаза, наводя почему-то на неприятные ассоциации с нелегальной торговлей органами.

Юсуф обернулся, держа в руке длинный операционный пинцет, в котором был зажат истекающий чем-то прозрачным тампон. Бок обожгло резко, до спазма в горле и слез в глазах. Как только воздух снова вернулся в легкие, Имс громко выматерился.

Юсуф вытянул губы трубочкой, приподнял брови – и только.

– Артур, перестань его гладить, не так уж это и больно, – сказал он, проводя новым, свежим тампоном по ране.

Артур воровато спрятал за спину ладонь, которой до этого гладил Имса по затылку.

– Мы заметили, – отозвался Юсуф. – Ничего нового.

– Ну что там? – спросил Артур, тщательно скрывая беспокойство.

Маневр этот ему не удался – и Имс, и Юсуф тут же поглядели на него, Имс с благодарностью, Юсуф насмешливо.

– Там – ничего особенного, – сказал Юсуф, снова занявшись раной. – Пуля прошла по касательной, фактически только кожа лопнула, так что после промывания я наложу... м-м-м... три шва и забинтую. Будете трахаться, берегите правый бок.

Артур слегка покраснел, что в синевато-белом свете операционной лампы придало его коже фантастический розовато-лиловый оттенок. Имс совсем растрогался, нежно сжал артуровы пальцы свободной рукой. Потом снова зашипел – Юсуф принялся мазать края раны йодом, перед тем как начать зашивать.

Спокойствие Юсуфа, видимо, отразилось и на Артуре – он вздохнул, сунул руки в карманы и повернулся всем корпусом к Имсу. Имс поскучнел – стало ясно, что расплата на носу.