Они должны было остаться на месте смерти. Особенно сейчас, когда в остроге полно еды. Зачем им идти сюда?

— Тогда… — растерянно начала было Белова, но я хитро прищурился:

— Я не шаман. А некромант. Мне не нужны призраки. Если я захочу — мёртвые расскажут мне что надобно. А сейчас приступим к работе. И начнем мы с того, что вы, Фома Ведович, отправите этих господ домой.

Я указал на жандармов в сером, которые осматривали ящики для тел. Один из этих них как раз замер у открытого короба, а затем подозвал кого-то.

— И мы пришли как раз вовремя, — заключил я. — Мастер Питерский.

При приставке «мастер», Фома вздрогнул. Но направился к собравшимся у ящика жандармам. Мы зашагали следом.

— Добрый день, уважаемые, — вежливо начал он, подходя к группе.

Жандармы обернулись, уставились на парня. Быстро оценили его простую одежду, но герб семьи Чеховых на лацкане пиджака остановил их от глупостей.

— Добрый день, — ответил один из них после паузы. — Чего надобно?

Фома откашлялся, а затем произнес

— Меня зовут Фома Ведович Питерский. Я прибыл по поручению жандармерии. А вы можете быть свободны.

Жандармы удивленно переглянулись, а затем один из них произнес:

— У нас приказ от Глеба Михайловича Щукина…

— Это еще кто? — перебил его Фома.

— Бывший начальник специального отдела, — охотно пояснил я. — Да, да, именно бывшего. Он исполнял обязанности начальника до назначения. А с сегодняшнего дня, указом императора на этот пост назначен Фома Ведович Питерский. Фома Ведович, покажите бумагу.

Парень кивнул, достал из кармана конверт и вынул документ.

— Приказ подписан в императорской канцелярии, — пояснил я. — Вы, конечно, можете пытаться тянуть время звонками Щукину, но поверьте, он уже ничего не решает. Скорее всего, Щукин уже по пути в Московию. Глеб Михайлович же попросил вас найти в прозекторской одно тело, не так ли?

Жандармы переглянулись и неуверенно кивнули. Я же продолжил:

— Так вот, это тело может быть причастно к одному уголовному делу. И сейчас оно очень нужно мне и мастеру Беловой.

Алиса кивнула, подтверждая мои слова.

— Но… — начал было один из жандармов, но Фома грозно насупился:

Повторять не пришлось. Жандармы наверняка были шаманами, и почуяли силу вожака. Поэтому они не стали спорить. Пробормотали «извините» и направились к выходу. Я проводил их взглядом до дверей, а затем обернулся к Фоме.

— Спасибо, мастер Питерский.

— Да какой я мастер, — смущенно пробормотал Фома. — Бросьте, вашество.

— Привыкай, — ответил я и подошел к ящику. Взглянул на вытащенное из хранилища тело. И довольно кивнул:

— Он. Спасибо ребятам, что нашли его за нас.

Передо мной на каталке лежал тот самый монархист, которого я загнал в долги игрой в карты. Осунувшийся, бледный, худой, но нужный нам труп.