- Даня, живи своей жизнью, ладно? Не надо нам помогать. Мы справимся. - Сонь…- выставляю вперед руку, загораживая ей выход. Не хочу, чтобы уходила вот так. Это… это неправильно! Она качает головой и просто убирает мою руку. Она сказала мне - живи своей жизнью и удалила из френдзоны. А я решил, что не хочу быть для неё никем. Я хочу быть первым и единственным и привык добиваться своего. - Не надо, Да Винчи! - Надо...

Девочка Да Винчи-2. Любовь

- Может, сделаем перерыв?

- Не нужно, всё хорошо. Быстрее закончим.

Я вижу мурашки на её коже. И дрожащие губы. И то, как она обхватывает себя руками.

Не хочу заканчивать.

Захватываю кистью немного краски, веду по обнажённой спине, визуализирую крохотные точки, разбегающиеся от линии, которая остается на теле.

- Осталось совсем чуть-чуть и можем снимать.

Пожимает плечами, так, словно ей безразлично. Безразлично то, что происходит сейчас.

А меня разрывает на части от эмоций, которые сам не могу опознать, идентифицировать. Или просто боюсь?

Мне хреново в край, а ей всё равно.

Словно моя просьба, которую я озвучил пару дней назад её совсем не шокировала.

- Я должен буду нарисовать картину на твоем теле, и сделать фото.

Я предупредил, что ей придется раздеться, хотя планировал рисовать только на спине.

- Ты можешь прикрыть грудь и… ну, в общем, все, что ниже спины не попадет в кадр.

- Я поняла. – Безразлично пожала плечами. - Сделаю как тебе удобно.

- Гонорар тебя устраивает? – Это была самая сложная часть предложения. Я боялся, что Соня в принципе откажется, а когда узнает, что я еще и деньги ей предлагаю просто перестанет со мной общаться. Но всё оказалось проще.

- Спасибо. Отличная новость, и деньги нужны.

- Да, понимаю, скоро Новый год. Где отмечаете? – дурацкий вопрос, я это понимал. Где они могут отмечать?

- Даша позвала в гости, за город, меня и Арину. Но я не уверена, что мы поедем. Так что, будем здесь. – она оглядела греческий зал, в углу которого стояла уютная, по традиции украшенная игрушками, сделанными руками студийцев ёлочка.

- Студия закрывается на праздники.

- Да, мы остаемся одни. – Соня загадочно улыбнулась, сказав это.

Я не мог понять, когда наши отношения стали такими.

Меня словно удалили из френдзоны. Я стал просто одним из однокашников, студийцев. Не более.

Конечно, после того случая, когда Арина убежала ко мне я чувствовал вину и перед Соней, и перед её сестрой.

Коршун тогда сказал мне – беги за ней.

Я не побежал. Она сказала – живи своей жизнью? Я попытался.

У меня по-прежнему была Варвара. Холодная, но уже не такая неприступная. Правда, в студии наше взаимодействие практически полностью прекратилось. Но мы встречались вне. Я провожал её домой. Мы ходили на какие-то вечеринки, в кафе, в театр.

Мне уже не хотелось растопить её сердце.