Чем руководствовался герцог? Это подарок примирения или попытка показать свою власть? Или, быть может, это способ напомнить, что я его жена, даже если отрицаю это?

Шагнув вперёд, я коснулась лакированной поверхности кареты.

— Что ж, милорд, — тихо пробормотала я, чувствуя, как в груди вспыхивает тихий огонь. — Видимо, мне стоит с вами поговорить.

Я велела Бобу устроить лошадь на гостиничной конюшне, а кучеру — подать карету без двадцати десять, чтобы отправиться в ратушу.

Сегодня я ехала туда не одна. Игги, упрямая девчонка, вцепилась в меня, как клещ, бормоча, что даме моего положения неприлично появляться в общественном месте без сопровождения.

Я пыталась возразить, но наткнулась на её твёрдый, непоколебимый взгляд, от которого у меня даже задёргался глаз. В итоге, сорвавшись, я прикрикнула на неё, но это не дало никакого результата. Игги лишь стиснула зубы, выпрямилась и ещё крепче вцепилась в мою руку, словно я вот-вот могла выскользнуть и сбежать.

— Только через мой труп, миледи, — пробормотала она.

Вскоре мы уже ехали в удобной карете, отделанной внутри тёмно-зелёным бархатом.

Подвеска кареты была мягкой, а сиденья настолько комфортными, что мне даже на мгновение стало не по себе — я отвыкла от подобных удобств.

Но мысли о подарке герцога были вытеснены насущными делами. Уже ровно в десять я сидела в своём кабинете в ратуше, разложив перед собой документы. Господин Валентайн предоставил мне соседний с ним кабинет, и теперь у меня был доступ к услугам его секретаря.

Я не стала скромничать.

Секретарь, господин Рональд Кори оказался деловитым, пунктуальным и, что особенно приятно, беспрекословно исполнительным.

И я, разумеется, задействовала его на полную катушку.

— Объявите главам Гильдий, что совещание состоится в моём кабинете в полдень. А сейчас пришлите ко мне казначея и пусть он возьмёт с собой налоговые отчёты каждой Гильдии за прошлый год. Мне нужны цифры, не заверения.

Рональд Кори был хорошо обучен не задавать лишних вопросов.

Именно такой человек мне и нужен, чтобы бегал из кабинета в кабинет с поручениями.

До начала совещания я погрузилась в мир цифр и сухих казённых фраз отчётов. К двенадцати в моих мыслях уже появилось представление о порядке цифр, об источниках доходов и статьях расходов по каждой Гильдии.

Теперь я могла вступать в дискуссию.

Ровно в двенадцать дверь в мой кабинет распахнулась, и в помещение зашли шестеро мужчин. Главы Гильдий — самоуверенные, ухоженные, привыкшие чувствовать себя хозяевами положения. Следом вошёл господин Валентайн, заранее попросивший у меня дозволения присутствовать на совещании. Он держался чуть в стороне, но в глазах светился неподдельный интерес.