Потому решили уничтожить заранее.

Елена грустно приняла объяснение, поникли задорные волчьи ушки.

— Эта штука все еще двигается, — Ната говорила об очевидном. Бейка кивнула:

— Верно, потому идем через дома. Возможно, двигаться она не может, но вот стрелять…

Словно в подтверждение ее слов, треклятущая башня с коротким стволом заворочалась. Искрили клинившие сервомоторы, трещали расколачиваемые напрочь зубья шестеренок.

— Не хочу рисковать.

— Может, уничтожим? — предложили вместе с Фел на пару, почти в унисон. Бейка была против.

— И привлечем его внимание. Он не стреляет по нам, не способен двигаться. И его уничтожение брызгами скверны заляпает округу. Если здесь есть выжившие, им не поздоровится.

Танк был против. Умирающий в одиночестве великан вздрогнул. Заднее шасси зарычало, вытягивая поганца наружу. Бейка зло выругалась, меньше всего нам нужен был такой хвост!

Кровожадная оптика красным глазом зловеще выбирала следующую цель.

— В укрытие! Рассредоточиться по позициям! Ната, второй этаж третьего блока, Елена…

Командующая умолкла, завидев, что я не тронулся с места. Сквернострел восставшим из могилы чудовищем дрожал под лучами солнечного света.

Сплете нное наспех ружеклятье рассыпалось в прах, искрами маны испарилось в ладони.

В трепете, громыхании истерзанной брони, в чадящем гомоне едва работающего движка я слышал голос.

— Доб… ейте. Доб… ей…

Уставивше еся на меня дуло вздрогнуло, пошло ходуном. Магический снаряд, сноп скверны норовил разорвать стального гиганта изнутри.

Время замедлилось. Не удержавшись, соскочила со своего укрытия Бейка, временная аномалия заморозила момент. Командующая в самоубийственном прыжке застыла в воздухе.

Решение пришло сразу же. Не бросая попыток спасти непутевого хозяина, Ириска просканировала боевую машину. Броня тридцатого уровня, броня сорокового, нахлестные пластины двадцать третьего. Питающий реактор тарахтел, прятался в центре корпуса. Красным выделилась тонкая прослойка — возликовавшая ИИ-ассистент нашла слабину.

«Арес» прикладом ударился в плечо. Мана взвилась вихрем, окружая патронный короб заклинанием. Ярость ружеманта вырвалась дикой, необузданной очередью следом за безжалостным выстрелом.

Танк крякнул, как Голиаф перед повергнувшим его Давидом. Реактор бухнул изнутри, едкий дым вырвался из-под брони, мерзко ударил в ноздри.

Время зашевелилось вновь, с каждым мгновением возвращая право идти.

Бейка врезалась в меня, что снаряд. Кубарем покатились на земле, командующая желала быть сверху, закрыть собой. Не сегодня. Стиснул покрепче, накрыл своим телом. Взрыв был едва слышен. Под нами затряслась земля, сверху просыпалась расколотая штукатурка.

Пришли в себя не сразу, пару мгновений спустя.