Селиванов что есть силы сжал кулаки. Потом разжал. Ощущения были странные. Ошеломляющие. Будь он барышней, а не военным врачом, уже лежал бы в обмороке. Но Артём стоял в строю по стойке смирно. И только глаза, как приклеенные, держали в фокусе кудрявую девушку.

Какого цвета глаза там, за биноклем, он знал точно. Темно-карие, яркие, с огнём в глубине. Осознать, что она приехала, было сложно. Мысли металась с дикой скоростью. А корабль уже развернулся кормой к берегу и пошёл в залив. К причалу будут швартоваться пятыми по счету.

Прозвучала команда "Вольно!". Все офицеры двинулись по своим боевым постам.

Артём, бросив ещё один взгляд в сторону берега, пошёл в лазарет. Его территория для посещения сегодня должна была быть открыта. Изолятор не в счёт. Значит надо всё ещё раз проверить. Склодовский точно нос сунет в каждый угол.

В голове как маяк настойчиво вспыхивала мысль, что на "Разящем" сегодня появится не только жена командира, но и её подруга, так стремительно исчезнувшая со свадьбы. Как Золушка с бала. Артём мог поклясться, что и размер ноги у Светы крошечный. Вот только она ему не оставила ни туфельки, ни номера телефона.

Только один единственный поцелуй. Сумасшедшая девчонка! Появляется, манит и исчезает. Не успеваешь сообразить, что это вообще было.

Видеть плачущую Свету второй раз за два дня — это из разряда необыкновенных происшествий. Её оптимизмом можно было освещать Москву в тёмное время суток. Даже на травмы и неприятности она всегда реагировала улыбкой, шуткой или сарказмом, что уж на душу ляжет в конкретный момент. Сейчас она стояла с биноклем на груди и снова плакала. Значит разглядела в строю на "Разящем" голубоглазого доктора.

Катерине и бинокль был не нужен. Она видела, как улыбался ей одной капитан второго ранга Ветров, когда его корабль прошёл мимо них. Снова чуть кружилась от счастья голова. Но день только начался. Сейчас корабли начнут швартоваться. Дед не откажет себе в удовольствии. Сходит и к Касатонову, которому только сорок один, но он уже капитан первого ранга. И на "Разящий" пойдёт. Катя знала, что дед гордится кораблём Вадима, как своим собственным.

Им с девочками тоже было бы интересно попасть на крейсер. Туда совсем не каждый день пускают. Тем более не семьи экипажа.

Утерпит ли Света? Сможет ли ходить по другому кораблю зная, что через четыре причала Артём?

Свету они потеряли сразу, как только спустились к причалам. Рита тоже крутила головой.

— Пойдём на крейсер. С дедом интереснее. И там скорее всего все испытатели, — потянула Катя за руку подругу, — "Разящий" ещё минут двадцать будет ждать очереди швартоваться. — Как ты в этом разбираешься? — удивлялась Рита, — В этих погонах, кораблях, лестницах. — Меня сюда первый раз привезли после девятого класса.