Кайне резкая бывает, но она верно подметила, долго ты с таким гонором не протянешь, разве что ноги.

Поколебавшись, я забрала платье обратно и попросила:

— Есть ли вода, Лине? Жажда меня замучала.

Лине выпучила на меня глаза и зачала головой.

— Ой, не по-нашему ты выражаешься, ой, не по-нашему… Ну, подь сюда, гляди, тут завсегда стоит кран с питьевой водой. Крылатый сам чинил.

С большим сомнением я оглядела этот самый кран, вмонтированный в жестяной жбан, и с усилием его открыла. Кружка была серая и по ощущениям не очень чистая, но я закрыла глаза и залпом выпила. Выдула три стакана подряд, пока не почувствовала облегчения.

Поставила кружку на стол и от всей души поблагодарила Лине.

Та задумчиво смотрела на меня. В застиранном, объемном фартуке, в платье рюшами она была похожа одну из кухонных служанок при дворце. Это будило во мне ненужные воспоминания и… доверие.

— Вот что, ящерка, коли не дал тебе Крылатый распоряжений, то возьму я тебя на кухню. Будешь при делах и на глазах у меня, пообвыкнешь, притрешься… Ты кто по жизни-то? Чем занималась и что умеешь?

А. Это очень легкий вопрос. По жизни я принцесса, Ее дурацкое Высочество.

Занималась тяжбами, корреспонденцией, переговорами и трактацией законов, умею кушать трижды в день и пахать без продыху, как каторжная.

Одна беда, с какого боку тесто месят понятия не имею. Ни стирать, ни мыть, ни готовить не приучена.

— Секретарем была, — врать не стану, попадусь, но покровительство Лине мне бы сейчас очень пригодилось. — Готовить не умею, шить тоже не умею, но я научусь, если покажете, что делать.

Лине как-то очень хорошо, по-доброму рассмеялась, так что вместе с ней весело затряслось полное тело.

— Тю… готовить она собралась. Я тебя к жаровне близко не пущу, посуду будешь мыть, мне давно девочка нужна, а Крылатый, как чует, всех моих девочек перебрал. Симпатичные они, а после Крылатого, какие из них работницы? Ветер у них в голове. Ну-ка иди сюда.

Я тщательно вымыла кружку, и бочком протиснулась из закутка к Лине.

Та уже взобралась на небольшую устойчивую стремянку и с помощью бытовых артефактов управляла котлом, в котором что-то гудело и булькало. Снизу было не разглядеть, но желудок смело предположил, что это рагу.

Лине колдовала между засыпаемыми приправами, увеличителями магической выносливости, которые, как было известно, лучше всего усваиваться с едой, артефактами и двумя замученными женщинами средних лет.

— Анне, — крикнула она, — иди прими и распредели новоприбывших, из кухонных пока никто не нужен, отдавай на склад и в оружейную. Гельке, милая ты моя, кто у нас ответственный за замковую уборку? А? Не убрано солдатикам, вот придет штабной, кому достанется?

Одна из женщин, та, что в цветастом фартуке, пошла красными пятнами.