То высокорожденным вейрам надо что-то принести, то, наоборот, унести, то флаг криво вбит, то кто-то императору обед подавай.

Император стоял в окружении военных, коротко отдавая указания, а рядом суетилась фигура, по уши замотанная в плащ, в которой я опознала канцлера. Против воли взгляд отыскивал первого генерала, но… его не было.

Гражданских тоже хватало. Две девицы, хорошенькие, словно диснеевские принцессы, манерно хихикали и потягивали коктейль, словно их вывезли на пикник. В третьей девице, стоявшей на отдалении от высокорожденных, я опознала Лети.

Прикрыв высокомерную улыбку веером, она подошла ко мне, отмахиваясь от оханий и причитаний прислужниц.

Одетая в победоносное красное платье, взывавшее к аллегории на свадебный наряд, и обвешанная крупным жемчугом, как куст снежноягодника.

— Я хотела бы достойно попрощаться, — ее резкий голос мгновенно разнесся по округе. — Мы ведь всегда хорошо общались, Виве, поэтому давай обнимемся, как хорошие подруги.

Я совсем было открыла рот, чтобы осадить драдеру, но вместо этого застыла статуей, взгляд прикипел в темному пятну синяка, полускрытому кружевом декольте.

В груди у меня нехорошо дрогнуло. Наверное, взбунтовались остатки совести.

Когда я отправила ее к Дарешу, Лети была для меня шахматной фигуркой, которую я двигала по своему усмотрению, но теперь, после полученной дозы насилия, я не могла перебороть прокатившуюся по позвонкам дрожь. Вряд ли подружка Дареша упала с лестницы, такую гематому могут оставить только человеческие пальцы, точнее, кулаки.

Лети беспрепятственно облапала меня, счастливо улыбаясь, а после заметила, куда я смотрю, и ее лицо вспыхнуло от унижения.

Она мгновенно поправила вырез, закрывая обзор, и зашипела:

— Куда пялишься? Разоделась, как драконья бабочка и смеешь смотреть на меня!

Ага. А еще я смею тут ходить, говорить и дышать воздухом.

«Это не моя вина, — сказала себе твердо. — Не я подняла руку, чтобы ударить человека. Не я вошла в спальню к чудовищу, сочтя престиж важнее собственной жизни».

Кстати, кто такие драконьи бабочки?

— Мы рады видеть вас, вейра Бельх, — раздался знакомый голос.

Такое же знакомое давление расползлось над горной долиной. Тело мгновенно отреагировало слабостью, мигренью и ледяным потом, собравшимся на висках.

Солдаты побледнели, но с благоговением перевели глаза от моих коленок на Его Величество, и вытянулись по струнке, отдавая честь. Лети вместе с прислужницами буквально смело в сторону силой, насытившей воздух запахом свинца и пепла. Даже попискивающие на заднем плане вейры торопливо попрятались в шатрах.

Обернувшись, я отвесила по-мужскому короткий поклон. Веселить коллектив недругов и делать реверанс в штанах не входило в мои планы.