Пронзительные ясные голубые глаза, которые я могла разглядеть даже с другого конца комнаты, скрывались под густыми бровями и еще более густыми волосами. Прическа была искусно растрепана, как будто он кому-то щедро заплатил за такую прическу, но я инстинктивно поняла, что это произошло из-за того, что он несколько раз провел рукой по волосам. Его подбородок был твердым и заостренным, рот плотно сжат, и мне захотелось поцеловать его, просто чтобы посмотреть, смогу ли я заставить его расслабить губы.

Судя по моей физической реакции на него, я поняла, что нашла то, что искала.

Видите ли, после тщательного обдумывания я решила, что хочу – нет, нуждаюсь в ком–то, кто будет меня трахать.

Не занимайся сексом или любовью, а по-настоящему трахни меня. Лицом вниз на матрасе, руки тянут меня за волосы, пока его член входит в меня, и он шепчет мне на ухо непристойности. Когда я заставляю его сойти с ума, а он заставляет меня поверить в Бога. Как он, надеюсь, заставляет меня кончать, жестко.

Просить его трахнуть меня прямо у ворот было слишком агрессивно, но теперь я жалела, что попросила о ‘сексе’.

Слишком клинически.

Он откидывается на спинку стула, скрещивает руки на груди и небрежно наклоняется ближе ко мне. Мой нос улавливает аромат его кедрового одеколона.

Он не смеется надо мной и не соглашается сразу на мое предложение. Я хорошо читаю язык тела, но по нему ничего не видно. Он загадка, окутанная тайной, которую я, по-видимому, отчаянно пытаюсь разгадать.

- Я думал, что у эскорта в пятизвездочном отеле было бы чуть больше утонченности в выражениях”.

Его голос скользит по моему телу, как перышко, дразнящее кожу.

Может быть, он слишком сильный для меня.

Я задалась целью найти мужчину на одну ночь, кого-то, кто мог бы сделать секс приятным для меня, когда мой предыдущий опыт был совсем другим. Секс с моим бывшим был в лучшем случае сносным, но в основном несчастным. Только в миссионерской позе, менее чем за две минуты, без каких-либо навыков, опыта или, откровенно говоря, без какой-либо заботы о том, получаю я удовольствие от этого или нет. А я не была, в основном потому, что ему никогда не удавалось заставить меня кончить.

Никогда. Ни разу.

Честно говоря, я задавалась вопросом, повлияло бы на Рекса мое пребывание в сознании или нет, но я никогда не спрашивала его.

Мы встречались всего три месяца, прежде чем расстаться в прошлом году, и с тех пор я устала прикасаться к себе, чтобы получить хоть какое-то облегчение. Заставить себя кончить получалось, но это никогда не приносило полного удовлетворения. После шести месяцев удручающе неудовлетворительных оргазмов, когда никто не привлекал моего внимания, я начала закручиваться по спирали и в шутку высказала Шестому вслух мысль о том, что, возможно, я асексуальна.