— Моя мать глупа, — сказала Хелена. — У нее не хватает мозгов ни для бизнеса, ни для службы. Она не занимается наукой или искусством. Она просто есть, и мой отец считает, что мир от этого лучше. Мне никогда они не нравились. Но я всегда смотрела на дядю снизу вверх.

— На Паука, — сказал Кальдар.

Хелена кивнула.

— Он великий человек. Он посвятил меня в смысл самоотверженности. Он научил меня дисциплине. Чести. Он не хотел, чтобы я стала членом «Руки». На самом деле, он внес меня в черный список. — Она улыбнулась. — Он сказал, что это трудная жизнь. Он хотел, чтобы я пошла другим путем. Я пыталась, но не сильно. Поскольку он не позволил мне присоединиться к «Руке», я пересекла океан и стала Гончей.

— Ну и чего ты так заморочилась?

— Потому что это мое призвание. Жизнь должна быть прожита ради блага других, а не ради эгоистичной погони за удовольствиями, дарованными человеку случайностью рождения. Рождение с родословной несет определенные обязанности. У всех нас есть долг перед нашим именем и перед нашей страной.

— Как очаровательно, — сказал Кальдар. — Ты обычно говоришь это себе до или после того, как убиваешь беспомощных людей?

— Я Гончая Золотого трона. Я не убиваю беспомощных. Мне за них не платят. Мои оппоненты, как правило, высококвалифицированные специалисты.

— Такие как Алекс Каллахан, мастер боя, который был настолько высококвалифицированным, что едва мог вспомнить собственное имя?

— Необходимая жертва. Он был человеческим мусором, и время от времени мусор нужно выносить. Ты действительно влюблен в его сестру?

— Да.

— Ты считаешь, что эта любовь взаимна?

— Да.

— А что насчёт твоей кузины? Она тоже любит тебя, да?

Он не ответил.

— К сожалению, она сбежала. Если бы я знала, что она в замке, все пошло бы по-другому сценарию.

— Так чего же ты хочешь? — Кальдар наконец-то спросил это.

— Мой дядя прикован к инвалидному креслу. Я хочу вытащить его оттуда.

— Твой дядя гребаный ублюдок, кто мучает беззащитных женщин и убивает детей. Он заслужил все это.

Хелена снова улыбнулась. Ее голос был приятным, почти счастливым.

— Мой дядя пэр королевства. А ты никчемная личинка, не годная даже для того, чтобы быть раздавленной его ботинком.

Кальдар проговорил сквозь стиснутые зубы:

— Когда выберусь отсюда, я убью его и отправлю тебе его голову.

— Я читала дневник твоего деда, — сказала Хелена. — Я знаю все о Капсуле, которую он изобрел. Удивительное устройство, не так ли? Настолько мощное, что пока в теле остается хоть капля жизни, она будет его регенерировать."

"— Капсула сгорела, — сказал он, не в силах скрыть радость в голосе. — Я был там. — Они сожгли ее, чтобы она ни за что не досталась Пауку. Он не сожалел о ее потере.

— Твой дед был очень умным человеком, — сказала Хелена.