Несмотря на раздававшийся отовсюду смех зрителей, казалось, будто его напряженный взгляд заглушает все звуки. Я не смела взглянуть на него или хотя бы пошевелиться.

Грета, просто продолжай смотреть на экран.

Телефон у меня на коленях завибрировал.

«Тренируешься, чтобы стать манекеном для витрины?»

Ответить на сообщение я не могла, так как это увидел бы Бэнтли. Так что сделала это… посмотрела на него. И пожалела. Его обычно непослушные волосы были стильно уложены гелем. Он уделил внимание одежде больше обычного, выбрав тёмные джинсы и кожаную куртку.

Губы Элека растянулись в редкой искренней улыбке. И я почувствовала, как что-то сжимается у меня в груди. Затем он усмехнулся, и от этого я невольно рассмеялась. Он был прав. Я вела себя глупо, сидя весь вечер ровно, будто доска.

Мимо проскользнула Виктория. Она села, вновь отгородив меня от Элека и прервав наш момент. Она прижалась к нему, и это послужило для меня сигналом, снова повернуться к экрану.

Мне хотелось быть его парой.

В этом не было смысла, что доказывало — желание и логика две абсолютно разные вещи.

Что если Виктория попытается поцеловать его сегодня вечером? Что если он ответит? Уже сейчас я не могла справиться с ревностью, хотя ничего подобного пока не произошло. Я заставила себя смириться с его школьными подружками. В том смысле, что Элек был моим сводным братом, который, предположительно, меня недолюбливал. И который, после завершения выпускного года, вернётся обратно в Калифорнию. По сути, между нами ничего не могло быть. И всё же…несмотря сложившиеся обстоятельства, его связь с моей лучшей подругой выйдет мне же боком. Вики, не сдерживаясь, поведает все до последней мелочи.

Где-то посередине моих размышлений, фильм подошел к концу. Дрю Бэрримор улыбалась, так что должно быть всё закончилось хорошо.

Рука Бэнтли лежала у меня на пояснице, когда мы выходили из зала. В ярко освещённом переполненном людьми фойе, Элек выглядел ещё более ошеломляюще. Виктория властно повисла у него на руке. Мне хотелось ненавидеть её за это, но подруга не имела ни малейшего понятия о моих чувствах к брату.

Для меня происходящее было слишком. Вся эта ситуация. Мне необходимо было несколько минут побыть одной.

— Ребята, я пойду, освежусь. Вы пока можете решить, куда пойдем, перекусить.

Оказавшись в безопасности уборной, я тяжело вздохнула. Сходив в туалет и вымыв руки, я всё ещё была не готова возвращаться в фойе. Так что задержалась и посмотрела на себя в зеркало.

Чем больше думала об этом испорченном свидании, тем сильнее во мне закипали злость и разочарование. Я взяла телефон и написала Элеку сообщение.

«Почему ты вообще здесь? Виктория тебе хотя бы нравится?»

И тут же пожалела, об этом импульсивном поступке. Мой телефон завибрировал.