Он встретил ее, недоуменно приподняв одну бровь.

— Я буду вашей дуэньей, — объяснила она.

Едва он начал искать достойный ответ на это, как она добавила:

— У горничной мисс Уинслоу сегодня выходной, так что либо пойду я, либо леди Викерс.

— Мы просто счастливы, что ты решила нас сопровождать, — твердо сказал он.

— Что произошло? — спросила Оливия, ступая на мостовую.

Себастьян посмотрел на мисс Уинслоу. Мисс Уинслоу необычайно внимательно разглядывала дерево напротив.

— Мне не хотелось бы это обсуждать, — обернулся он к Оливии. — Тема слишком болезненная.

Ему показалось, что мисс Уинслоу хмыкнула.

Чувством юмора она не обижена.

— Ладно, — сказала Оливия, успокаивающе взмахнув рукой. — Идите вперед. А я поплетусь сзади и стану дуэнить изо всех сил.

— А есть такое слово? — он просто не мог не спросить. После того случая с «перспективой» она не имела права на лексические ошибки.

— Если и нет, его стоит выдумать, — объявила Оливия.

Себастьян немедленно нашел невероятное количество достойных ответов, но к сожалению, все они требовали разоблачения его тайны. Однако он просто физически не мог позволить себе оставить это высказывание Оливии вовсе уж безнаказанным.

Он обернулся к мисс Уинслоу.

— Это ее первый опыт.

— Ее первый?.. — мисс Уинслоу с восхитительным недоумением обернулась к Оливии.

— В качестве дуэньи, — пояснил он, беря Аннабель под руку. — Она будет пытаться произвести на вас впечатление.

— Я все слышала.

— Я и не сомневался, — кивнул он. Потом наклонился ближе к мисс Уинслоу и прошептал ей на ухо: — Нам придется приложить массу усилий, чтобы от нее избавиться.

— Себастьян!

— Сдай назад, Оливия, — крикнул он. — Отойди подальше!

— Это как-то неправильно, — произнесла мисс Уинслоу.

Она очаровательно надула губки, и Себастьян поймал себя на том, что перебирает в уме способы превратить эту недовольную гримаску во что-нибудь хоть чуточку более соблазнительное. Или соблазненное.

— М-м-м-м? — протянул он.

— Она ведь не какая-нибудь престарелая тетушка, — пояснила Аннабель и позвала: — Леди Оливия, пожалуйста! Вы должны идти рядом с нами.

— Почему-то я уверена, что Себастьяну этого совершенно не хочется, — ответила Оливия, едва не вприпрыжку поравнявшись с ними.

 — Не волнуйся, Себ, леди Викерс одолжила мне свою газету. Я найду себе чистенькую скамеечку, усядусь, а вы можете слоняться, где хотите.

Она протянула газету, явно надеясь, что Себастьян ее понесет. Он не возражал. Он никогда не возражал женщинам, разве что в самых крайних случаях.

Они догуляли до парка, беседуя обо всем и ни о чем, и Оливия, как и обещала, немедленно отыскала себе скамейку и принялась усиленно не замечать своих спутников. Или по крайней мере, неимоверно талантливо изображать, что не замечает.