От выпитого накануне шампанского в голове у Себа шумело, и ему невыносимо хотелось задернуть все шторы.

Он снова закрыл глаз.

— Думаю, на этот раз он настроен серьезно, — добавил Эдвард.

— Последние три раза он тоже был настроен серьезно, — ответил Себастьян, не открывая глаз.

— Хм-м-м… в общем, да, — донесся до него голос Эдварда. — Не везло ему, конечно. Смерть, побег и… что там случилось с третьей?

— Заявилась к алтарю с ребенком на руках.

Эдвард усмехнулся.

— Возможно, ему все же стоило на ней жениться. По крайней мере, она доказала свою плодовитость.

— Подозреваю, — ответил Себастьян, пытаясь поудобнее устроить длинные ноги на диване, — что даже я предпочтительнее бастарда от неизвестного отца. — Тут он оставил попытки найти устраивающее его положение и просто положил ноги на руку, так что ботинки свесились с дивана. — Хоть мне и трудно вообразить, что такое возможно.

Он несколько мгновений думал о дяде, потом сделал попытку изгнать его из своих мыслей. Граф Ньюбури всегда приводил его в дурное настроение, а сейчас голова у него и без того изрядно болела. Дядя и племянник всю жизнь не слишком-то ладили, но еще года полтора назад — до смерти Джеффри, сына лорда Ньюбури, — это не имело значения. Как только стало очевидно, что живот у вдовы Джеффри не спешит увеличиваться, а, следовательно, Себастьян превратился в будущего наследника графства, Ньюбури сломя голову ринулся в Лондон на поиски невесты, заявив, что скорее умрет, чем позволит Себастьяну унаследовать титул.

Граф, похоже, даже не заметил в этом своем заявлении некоторой логической неувязки.

Зато Себастьян оказался в весьма странном и шатком положении. Если граф сумеет найти жену и зачать очередного сына — а видит Бог, он старается изо всех сил! — то Себастьян окажется всего лишь одним из сонма лондонских модных, но незнатных джентльменов. С другой стороны, если у Ньюбури ничего не получится, или, того хуже, пойдут одни только дочери, то Себастьян унаследует четыре дома, горы денег и восьмое по древности графство в стране.

Пока же никто не знал, как себя с ним вести. Кто он: первый приз на ярмарке женихов или очередной охотник за приданым? Предсказать невозможно.

Все это выглядело неимоверно забавно. По крайней мере, в глазах самого Себастьяна.

Никто не хотел рисковать, на случай, если он все же станет графом. Его приглашали везде и всюду — отличное положение дел для человека, любящего вкусную еду, хорошую музыку и славную беседу. Дебютантки порхали и щебетали вокруг него, предоставляя бесконечное поле для развлечений. А более зрелые леди — те, что могли себе позволить срывать цветы удовольствия, где им вздумается…

Ну… чаще всего, они выбирали именно его. Он красив — это плюс. Отменный любовник — это замечательно.