— У меня назначена встреча!

Себастьян не поверил ни единому слову, но сказал:

— Я составлю ей компанию.

Оливия выдохнула.

— Полагаю, мы должны послать записку родным Аннабель. В какой-то момент ее хватятся. Правда, зная ее бабушку, может быть и и нет…

— Скажи, что пригласила ее в гости, — предложил Себастьян. — Они не могут возражать против вашего знакомства. — Оливия являлась одной из самых популярных молодых матрон в свете, любой бы лишь обрадовался, возьми она его дочку… или внучку… под свое крылышко.

Оливия кивнула и подошла к Аннабель.

Себастьян налил себе выпить, одним глотком осушил бокал и налил еще. И еще один для Аннабель. Когда он подошел с ними к девушке, Оливия уже попрощалась и шла к выходу.

Себастьян протянул бокал.

— У нее назначена встреча, — сказала Аннабель.

Себастьян кивнул.

— Возьмите, — произнес он. — Возможно, вам не хочется. А может, наоборот.

Она взяла бокал, отпила крохотный глоток и поставила на стол.

— Моя бабушка слишком много пьет, — сказала она щемяще блеклым голосом.

Себастьян, ничего не ответив, сел на ближайший стул и сочувственно хмыкнул.

Он не умел себя вести с расстроенными женщинами. Совершенно не знал, что говорить. И делать.

— Она не буйная, когда выпьет. Просто ведет себя странно.

— И становится любвеобильной? — спросил он с кривой ухмылкой. Вот уж неподходящий комментарий. Но Себастьян не мог вынести печали в глазах Аннабель. И готов был говорить что попало, лишь бы она улыбнулась.

И это сработало! Улыбка вышла бледная. Но он все равно почувствовал себя победителем.

— Ах это! — Аннабель прикрыла рот ладошкой и покачала головой.

 — Мне так жаль! Кажется, никогда в жизни я не ощущала себя столь неловко. Я раньше не замечала за ней такого!

— Видимо, всему виной моя красота и неотразимое обаяние.

Аннабель смерила Себастьяна сердитым взглядом.

— Вам хочется сказать что-нибудь по поводу моей безмерной скромности? — осведомился он.

Она покачала головой. Ее глаза потихоньку обретали былой блеск.

— Никогда не умела как следует врать.

Он прыснул.

Она отпила еще глоток из бокала и снова поставила его. Но не отпустила. Сидела и барабанила пальцами по стеклу.

Непоседливая она девушка, его Аннабель.

Непонятно почему, но Себу это нравилось. Сам он совсем не такой. Ему всегда легко удавалось сохранять совершеннейшую неподвижность. Наверное, именно поэтому из него и получился отменный снайпер. На войне, в засаде, иногда приходилось часами просиживать неподвижно в ожидании подходящего мгновения, чтобы спустить курок.

— Я просто хочу, чтобы вы знали… — начала Аннабель.

Он ждал. Слова явно давались ей нелегко.