Не говоря уже о том, что если верить слухам, я настолько плодовита, что птицы начинают петь, стоит мне пройти мимо.

Оливия моргнула.

— Так вы это слышали?

Аннабель закатила глаза.

— Даже мне это показалось забавным.

— Хорошо, что вы воспринимаете все это с юмором.

— У меня нет выбора, — пожала плечами Аннабель. — Если не воспринимать такое с юмором, то… — Она вздохнула, не в силах закончить фразу. Слишком все это печально.

Аннабель сгорбилась, уставившись на резной изгиб ножки чайного столика. Она все смотрела и смотрела, пока изображение не расплылось, а потом не раздвоилось у нее в глазах.

Похоже, у нее развивается косоглазие. Или она слепнет… А вдруг, если она ослепнет, лорд Ньюбури передумает на ней жениться? Интересно, можно ли ослепнуть, если скашивать глаза к носу много дней подряд?

Почему бы и нет. И наверное, стоит попробовать.

Она слегка склонила голову в другую сторону.

— Аннабель? Мисс Уинслоу? С вами все в порядке?

— Замечательно, — машинально ответила Аннабель, не отрывая взгляда от столика.

— А вот и наш чай! — облегченно воскликнула Оливия. — Ну вот. — Она села и поставила чашку на блюдце.

 — Какой вы предпочитаете?

Аннабель неохотно отвела глаза от ножки стола и перестала косить.

— С молоком, пожалуйста. И без сахара.

Оливия ждала, пока заварится чай, болтая обо всем и ни о чем одновременно. Аннабель была счастлива… нет, просто благодарна хозяйке, что может сидеть и молча слушать. Она узнала историю подруги Оливии, а теперь и ее невестки, которая не очень-то любила приезжать в Лондон. Услышала рассказы и о брате-близнеце — он, оказывается (правда, исключительно по нечетным дням) мог быть сущим наказанием.

— По четным же, — заявила Оливия, возводя глаза к небу, — думаю, я его даже люблю.

Потом Аннабель потягивала горячий чай, а Оливия рассказывала ей о работе своего мужа:

— Раньше он переводил какие-то жуткие документы. Ужасно скучные. Казалось бы, бумаги военного ведомства должны буквально-таки ломиться от тайн, но поверьте мне, ничего такого и в помине не было.

Аннабель пила и кивала, кивала и пила.

— А работая над книжками Горли, он постоянно жалуется, — продолжила Оливия. — Стиль там действительно кошмарный. Но мне кажется, втайне Гарри даже любит их переводить.

 — Она посмотрела наверх, будто задумавшись о чем-то. — На самом деле, именно Себастьяна он должен благодарить за эту работу.

— Неужели? И как же это получилось?

Оливия открыла рот, но прошло несколько мгновений, прежде чем она ответила:

— Честно говоря, я даже не знаю, как бы это описать. Но как-то Себастьян стал читать вслух принцу Алексею. Думаю, вы с ним вчера встречались.

Аннабель кивнула. Потом нахмурилась.

— Он читал принцу вслух?

Оливия, видимо, и сама до сих пор не могла в это поверить.