Я понимала, что должна именно так поступить. Неосознанно я наступила на гнездо гадюки. Если я сама уеду, то это не будет увольнением. Любой сможет понять, что самое лучшее в этой ситуации — убраться из этого замка как можно скорее. Похоже, это было безнадежное дело. Если я скажу Эйприл, она пришлет за мной вертолет своего мужа, но я не могу.

Я просто не могла взять и уехать.

Я подошла к двери и заперла ее. После этого направилась в ванную комнату. Закрыв краны, сняла с себя нижнее белье и залезла в теплую воду. Шелковистая вода закружилась вокруг моих бедер. Я медленно погладила их, как будто они что-то чувствовали, что она причинила им боль. В голове у меня было пусто. Я не понимала, почему позволила ей уйти, разговаривая со мной подобным тоном. Почему для меня было так важно остаться. Было ли это из-за мальчика, отца Закари или из-за того, что она объявила мне войну? Она намеренно вошла в мою комнату и вела себя так, доказав, что с ней лучше не связываться, поскольку она может быть опасным врагом, пытаясь тем самым напугать меня до смерти. Чего она хотела? Она хотела, чтобы я уехала.

«Но не так быстро, мадам. Меня так просто не напугаешь. Я не собираюсь никуда уезжать. Во всяком случае, не сейчас.»

Я вылезла из ванны и голая подошла к окну. Облака закрыли луну, но в небе было очень много мерцающих звезд, мои глаза искали в темноте только одно. Свет в комнате напротив в башне был выключен, а я больше всего на свете хотела, чтобы он появился в окне, как в ту первую ночь, когда я видела его силуэт.

Но его не было видно, и по внутренней связи он не звонил, поэтому я надела пижаму и скользнула в постель. Последнее, о чем я подумала перед сном, не о миссис Кинг, которая унизила меня, не о том, какой жалкой она заставила меня себя почувствовать, а о таинственном мужчине с серыми глазами, как его прекрасные глаза оставались страстными и напряженными, даже когда он так смеялся на той фотографии.

15

Шарлотта"

"Я проснулась с чувством новым осознанием цели. Желая сделать то, что запланировала, в меру своих возможностей, конечно. Как и было оговорено с его матерью в «правилах», как я должна заботиться о Закари, я прихорашивала его почти до совершенства. В один прекрасный день я собиралась прекратить эту чепуху и научить его одеваться самостоятельно. Просто смешно, что ребенок его возраста не может сам себя одеть.

Его маленькие носки были в тон галстуку, а светлые волосы аккуратно зачесаны назад, в таком виде мы отправились завтракать. Я наблюдала, как он торжественно ел свой завтрак (яичницу и домашние сосиски), и была совершенно поражена, что он совсем непохож на своего отца.