Я собрал редкие экземпляры со всего мира. Не такая большая коллекция, конечно. Но я стараюсь сделать её одной из лучших.

- Зачем? - выплевываю я. - Ты хочешь напоить меня, чтобы потом изнасиловать? Я обхватываю себя руками и кутаюсь в халат, внезапно мне становится холодно.

- Ах, - говорит Эстебан.

Он встает и отходит. Я смотрю, как он подходит к перилам и смотрит на свое темное поместье."

"- Лилли. Мисс Райдер? Позвольте заверить вас, что вам это от меня не грозит. Как и в случае с моими винами, у меня есть отличные вкусы в телах. И хотя я уверен, что в какой-то момент вы были достаточно милы, я видел вас, когда мистер Стоунхарт представлял нас друг другу, женщины не привлекают меня.

Я прищуриваюсь, глядя ему в спину. Он гей?

- И то, через что мои люди заставили вас пройти, очень печально, - продолжает он. - Но видите ли, мисс Райдер, некоторые аппетиты надо утолять. На этом острове нас всего семеро. Если бы я не предложил вас своим людям, что ж, - он усмехнулся, - они бы скоро начали терять терпение. И поверьте мне. Этот путь - меньшее из двух зол для вас.

Я смеюсь, чтобы показать ему, что я думаю, но это все притворство. По правде говоря, я не думаю, что смогу противостоять насилию со стороны его охранников.

- Чего ты хочешь? - тихо спрашиваю я его. Больше похоже на мольбу. - Почему ты держишь меня в плену?

Он делает глубокий вдох.

- Вы чувствуете этот запах? - спрашивает он. - Запах моря. В детстве я всегда мечтал иметь дом у моря. Находясь здесь, я вспоминаю все, что потерял, все, что отнял у меня мистер Стоунхарт.

Он оборачивается. Впервые с тех пор, как меня похитили, Эстебан выглядит спокойным. Даже мягким. Задумчивый и в каком-то смысле гипнотический.

- Хью, мистер Блэкторн, заверил меня, что вы станете для меня бесценной разменной монетой, чтобы вернуть то, что я потерял, -  он поджимает губы.

- Однако после стольких лет я начинаю думать иначе.

Страх сковывает мои внутренности.

- Джереми, - быстро говорю я. - Он знает?

- О да, - кивает Эстебан. - Ваш Джереми знает. Он прекрасно знает, чего мы хотим, кто у нас в руках и что с тобой делают. К сожалению, он кажется вполне решительным, даже непреклонным в своем положении.

- Хорошо, - усмехаюсь я.

Внутри я чувствую себя опустошенной и разбитой. Как будто ничего не осталось.

Если Джереми знает, что со мной делают, и все равно не придет…

Но зачем ему это делать? Как он мог? Требования, которые как я помню, были выдвинуты, когда они снимали видео, где я глотала эти ядовитые таблетки, были смехотворными. Джереми ни за что не согласится. Вот только...я надеялась, молилась, желала, что может быть я значила для него достаточно, чтобы он смог сделать что-нибудь. Похоже, я ошибалась.

Отчаяние почти поглощает меня целиком.

- Хорошо?

Эстебан оборачивается и поднимает бровь, глядя на меня.

- Скажите мне.