Она снова поворачивается ко мне. Я пристально смотрю на нее, солнце начинает обжигать макушку.

- Почему, Роза? - спрашиваю я ее. - Почему ты это делаешь? Джереми дал тебе все. Я видела, как ты жила. Ты никогда не испытывала недостатка."

"- Нет, - она печально качает головой. - Вот тут ты ошибаешься, Лилли. Джереми ничего мне не дал. Он только брал. Он брал и брал, и брал, и ни разу не подумал о том, что я уже отдала ему.

- И что же это? - усмехаюсь я. - Ты приставала к нему в детстве. Все, что у тебя было, было больше, чем ты заслужила.

- Возможно, в твоих глазах так всё и выглядит, - бормочет она.

Я брыкаюсь ногами, пытаясь освободиться от пут.

- Бесполезно, - говорит Роза, - вспоминать прошлое. Что сделано, то сделано, что дано, то и получено. И перестань сопротивляться, Лилли. Это тоже бесполезно.

Я стискиваю зубы и смотрю на нее, отвращение наполняет меня.

- Видишь ли, Лилли, - говорит Роза, подходя ко мне и останавливаясь на расстоянии вытянутой руки. Она поправляет шляпу. - Я была там до тебя. Я была там до того, как Джереми стал Стоунхартом. Я была там с самого начала. Я видела, как он рос, видела, как он стал тем, кто он есть.

И не пытайся принизить меня, называя растлителем малолетних. Я сделала Джереми мужчиной. Он был бесконечно благодарен за это.

- Ты больна, - говорю я. - Раньше я думала, что Джереми был хуже всех. Но все это время это была ты!

- У меня есть свои недостатки, - признается она. - Но я всегда помнила о них. И, несмотря на то, что ты думаешь, я всегда заботилась о Джереми. Всегда. Даже после того, как ты появилась и стала его маленькой шлюшкой!

Вспышка гнева в ее обвинениях поражает меня. А потом приходит осознание.

- Ты любишь его, - выдыхаю я.

Роза подходит ближе и гладит меня по щеке.

- Любила, милая, - говорит она мне. - Я любила его. Я никогда не была в него влюблена!

- Нет? - бросаю я вызов. - Я думаю, что это ложь. Я думаю, ты влюблена в него и всегда была влюблена. Ты никогда не переставала любить его! И...о Боже мой! Так много из того, как ты действовала по отношению ко мне, имеет смысл. Когда ты увидела, что ошейник снят, ты запаниковала. Когда ты называла его мистером Стоунхартом, даже рядом со мной, ты старалась казаться отстраненной. Я представляла для тебя опасность. Разве не так?

Я резко поворачиваюсь в кресле, чтобы посмотреть ей в лицо.

- Разве не так, Роза?      Ответь мне!

Она широко открывает глаза. Затем её губы изгибаются в улыбке, и она смеется.

- Шлюха представляла для меня опасность? - спрашивает она. - Нет. Никогда! И я не слепая к тому, что я постарела. Я уже слишком стара для него.

Нет такой мести, как у бывшей любовницы, - говорю я себе.

- В любом случае, - подмигивает она. - В моей жизни появился новый мужчина. Правильный мужчина. Мужчина, у которого я была первой. Он восстал из пепла и вернулся ко мне.