А сорок миллионов, которые ты обещал за Лилли? Я возьму их и распределю между нашими тремя охранниками, - она подмигивает им. - Итак, ты видишь: твоя награда никогда не была востребованной.

Глава 22

Лилли

После этого я остаюсь одна. Обещание Хью исследовать остров было еще одной ложью. Как только они уходят, я засовываю два пальца в рот и пытаюсь вызвать рвоту. Меня не раз тошнило, мое тело сжималось в болезненных конвульсиях. Они разрывают мои внутренности, как острая колючая проволока. Я начинаю кашлять. Кашлять кровью. Я вижу её на полу, на своих руках. По крайней мере свет горит. По крайней мере, я не осталась в темноте...

Судорога огромной силы охватывает мое тело. Боль пронзает каждый синапс. Я вскрикиваю и хватаюсь за живот. Наступает вторая судорога. Потом третья. Каждая из них сопровождается беспощадной болью, самой ужасной агонией. Моя спина покрывается потом. Внезапно мне становится жарко, слишком жарко. Такое ощущение, будто я не в хлопковом халате, а в спортивном костюме в сауне.

Я срываю его и отбрасываю. Я едва замечаю камеры в четырех углах потолка. У меня внутри все горит. Боль поглощает меня. Я начинаю задыхаться.      Жар только усиливается. Мои ноги начинают дрожать, затем руки, пока, наконец, все мое тело не охватывает неудержимая дрожь. Я плачу. Я сворачиваюсь калачиком посреди комнаты и плачу. Конвульсии не прекращаются. Боль не проходит. А жара, она только усиливается, усиливается и усиливается. Я закрываю глаза, а потом - ничего.

Глава 23

Лилли"

"Когда я открываю их снова, я лежу на мягкой, удобной кровати. Легкий ветерок обдувает мою кожу. Птицы поют на заднем плане. Где я? Я не уверена. Я чувствую себя...в безопасности. Слабой. Защищенной. Я поднимаюсь и оглядываюсь. Я улыбаюсь, когда узнаю окружение. Я на прекрасном тропическом острове Джереми. Кто-то вынес мою кровать на улицу, прямо на пляж. Я встаю и чувствую теплый песок между пальцами ног. Я слышу голос, зовущий меня.

- Мисс Райдер. Мисс Райдер!

Я поворачиваюсь. Мануэла подбегает ко мне. В одной руке она держит зеленый коктейль.

- Для вас, - говорит она, улыбаясь.

Я беру его у нее и киваю в знак благодарности. У меня пересохло горло. Я подношу соломинку ко рту и делаю маленький глоток. Напиток очень вкусный. Изысканный. У него чудесный вкус, как у солнца, ананасов, киви и секса. Мануэла наблюдает за мной, радостно улыбаясь.

- Мистер Стоунхарт приготовил его для вас, - говорит она мне. - Он сказал, что это ваш любимый напиток. Он ждет вас в особняке…

Я продолжаю пить, не желая оставлять ни капли. Затем меня охватывает внезапное чувство огромной тревоги. Мануэла не говорила по-английски. Никто бы не назвал прибрежную виллу особняком… Я спотыкаюсь и чуть не падаю. Мое зрение затуманивается. Когда я смотрю вверх, остров исчезает.