Для драконов состояние грусти противоестественно, и Леди Скорбь над ними не властна.

Впрочем, вполне возможно, что дело не в драконах, а в одной, совершенно конкретной драконице – той самой, что подарила мне свою сущность. И если это так, то низкий поклон ей и огромная-преогромная благодарность.

Слёзы высохли довольно быстро, а к моменту, когда Дантос шепнул, что на обед нам предлагают кроличьи ножки в яблочном соусе, я уже была весела и оптимистична. А ещё к этому времени остатки вчерашних туч развеялись и мир за окном изменился до неузнаваемости.

Он стал чистым, ярким, сверкающим! Капельки влаги на траве, зелень листвы, пронзительно-синее небо… А ещё прохлада и свежесть и восторженный щебет птиц, который наполнил спальню в миг, когда Дантос распахнул окно.

Но главная приятность заключалась в том, что блондин не стал строить из себя безрассудного героя и полученному предупреждению внял. Он распорядился подать обед не в столовую, а в гостиную своих покоев. Но прежде подошёл к одной из украшавших стены спальни картин, что-то там нажал, и моему взору предстала тяжёлая стальная дверца сейфа.

Ещё несколько манипуляций, и дверца распахнулась, а на постели оказалась массивная шкатулка, набитая… нет, это не простые драгоценности были.

Обычную магию драконы, конечно, не чувствуют, только древнюю. Но игнорировать содержимое этой шкатулки было невозможно – уж слишком высокая концентрация. Поэтому я оставила в покое миску с клубникой (да, к клубнике равнодушна, но не пропадать же добру), чтобы взглянуть, чего он там ищет.

Оказалось, блондин искал какой-то прозрачный камень, заключённый в ажурную оправу, и перстень с похожим, но чуть более тёмным камешком.

– Прадедово наследство, – заметив мою заинтересованность, пояснила светлость. – Никогда не думал, что пригодится.

А сообразив, что я ничего не поняла, пояснил:

– Вот этот амулет, – мне продемонстрировали «камень», – способен определить наличие любого, даже самого мизерного количества магии. А перстень, – его мне тоже показали, хотя я и так видела, – обычный детектор ядов.

У… хорошие штучки. Жаль, что раньше не воспользовался.

Да, раньше Дантос опасность отравления игнорировал, зато теперь, едва Люсси и Полли сервировали стол и покинули покои, достал из кармана «камень» и проверил всё, даже то, что предназначалось мне.

– Неужели леди Жанетт поняла с первого раза? – хмуро усмехнулся блондинчик. И так как говорил не мне, а самому себе, маленький дракон смолчал.

В конце концов, даже если «солнышко» не одумается, у светлости есть я. И я его, так и быть, спасу."

"После обеда мы вновь занимались рисованием. В смысле Дантос рисовал, а я лежала и не жужжала.