Взгляд тёмный, невероятно цепкий. И руки очень-очень сильные. Но примечательно в нём было не это, другое… Вернон был магом! Я знала это, несмотря на то, что он явился в самой обычной одежде, и обязательный опознавательный амулет то ли снял, то ли под рубашкой скрыл.

– Дантос, но откуда? Откуда такое чудо?

– Ты хотел сказать «чудовище»? – Пригубив вино, парировал блондин.

Мужчины замолчали. Вернон пристально глядел на меня, Дантос – в сторону. Мне даже не требовалось обращаться к драконьему чутью, чтобы понять – обиделась светлость. Сильно.

От брюнета реакция Дантоса тоже не укрылась…

– Что у вас произошло?"

"– Ничего особенного. Просто она нервы третий день треплет.

– Она? Девочка?

– Угу… Астрой зовут.

Губы Вернона тронула лёгкая улыбка.

– Девочки, они такие, – глубокомысленно сказал маг. И добавил с той же улыбкой: – Ты из-за неё меня пригласил?

– Да, – ответил Дантос. – Из-за неё.

Брюнет переставил чашку на низкий столик, наклонился, протянул раскрытую ладонь и позвал:

– Астра, девочка, иди ко мне.

Я, разумеется, пошла. Пошла, несмотря на то, что лапы вдруг ослабли и задрожали, а желудок подкатил к горлу. Да, очень страшно стало. Очень-очень! Настолько страшно, что даже перестала слышать обиженное сопение светлости и тихое, доступное только драконьему слуху потрескивание погрызенной мной ножки шкафа.

Последняя ещё держалась, но… под шкаф надо бы подпорку поставить. Точно надо. Если… если не забуду, то намекну Дантосу. А то рухнет ещё… А там ведь даже не книги – стекло какое-то, фигурки.

– Мне её ошейник не нравится, – сказал герцог.

– Я так и подумал. Сам на него внимание обратил.

– Только ты осторожно. Ей, кажется, больно, когда ошейник трогают.

Я не выдержала, послала Дантосу благодарный взгляд. Но блондин по-прежнему дулся и на маленького дракона не глядел. Будто это не он мне, а я ему клизму поставить хотела…

– Ближе, – скомандовал Вернон. – Не бойся.

Я всё равно боялась, но подошла. Ткнулась носом в раскрытую ладонь, застыла и зажмурилась. За три дня в доме Дантоса так отвыкла от связанной с ошейником боли, что… в общем, едва маг коснулся чешуи, паниковать начала.

Стиснула зубы, приготовилась увидеть красные круги и невольно взвыть, но…

– Ошейник непростой, это однозначно, – сказал брюнет. – Ты позволишь воспользоваться твоим столом?

– Конечно.

На стол меня водружал Дантос, лично. Я не противилась, вообще не пикнула. И мысленно возблагодарила блондина за то, что остался рядом. А Вернон вытащил из внутреннего кармана камзола увеличительное стекло и скомандовал:

– Не дёргайся.

Я снова зажмурилась и перестала дышать, чтобы через миг услышать:

– Невероятно…

Мне снова снился сон. Один из тех, самых нелюбимых, от которых не отмахнуться, не сбежать. Опять виделся дом.