– Да ладно, – отмахнулся он. – На мне всё равно как на собаке заживает.

– Угу. Нашёл чем гордиться. – Ронал был хмур, а драконье чутьё подсказывало: он в самом деле о друге тревожится.

Император опустился в стоящее подле кровати кресло, обернулся, чтобы взглянуть на маленькую красивую меня.

– Спасибо, малышка, – тихо сказал он. – Этот дурак мне очень дорог.

– Почему сразу дурак?

– Ну а кто постельный режим в первый же день нарушил? – рыкнул император.

– Доложили… – Не вопрос, констатация факта.

Ронал отпираться не стал.

– Конечно. И не только об этом.

Дан вопросительно изогнул бровь, а император не постеснялся пояснить:

– Мне обо всём доложили, Дан. И даже о том, что ты намерен девочку к драхам отправить.

– То есть ты ради этого пришёл? – В голосе герцога Кернского послышался холодок. – А я-то думал, о здоровье моём волнуешься.

– А что о нём волноваться? На тебе же всё как на собаке заживает, – вернул реплику монарх. И уже действительно хмуро, с чувством и почему-то шёпотом: – Дан, ты сам уверял, что Астра – то самое счастье, которое тебе провидица из Рассветного предсказала. Ты не имеешь права её отпускать, потому что иначе…

– Я помню, что сказала старуха, – перебил Дантос жестко. – И я знаю, что делаю.

Счастье? Предсказание? Иначе?..

Я невольно навострила уши, но… сделала это по-умному.

– Ву! – сообщила нетерпеливо и обошла вокруг оставленной Жакаром коробки.

Кто там про совесть вспоминать любит? И как этот кто-то смотрит на факт: подарок принесли, а открыть не удосужились? А у меня рук нету! Только лапки!!! Как мне эту коробку распечатать? Ну как?!

Удивительно, но мой гениальный план не сработал. Тема предсказания, старухи и моего возвращения на «родину» была закрыта.

– Я знаю, что делаю, – повторил Дантос.

– Ладно, – отозвался Ронал. Потом одарил прогуливающегося вокруг коробки дракона пристальным взглядом и полез во внутренний карман камзола.

– Что ещё?

– Да так… – В голосе императора послышались ворчливые нотки. – Вернон просил передать.

Я опять обернулась, чтобы увидеть до боли знакомые ножны.

– А почему ты? Почему не сам? – спросил блондин.

– А… Вернон сказал, что ты в последнее время неадекватно на шутки реагируешь.

Герцог Кернский поджал губы и насупился.

– Я надеялся увидеть результаты экспертизы, – пробормотал он.

– Да что там… – отмахнулся Ронал. – Результаты как результаты… Артефакт неактивен. Вернее – сломался артефакт. И восстановлению не подлежит.

– Как это?

– Там, как выразился Вернон, рабочее тело сдохло.

– Что-что? – переспросил блондинчик.

– Рабочее тело. Запас магии, который обеспечивает передачу энергии от объекта к субъекту. – Ронал явно цитировал, и я мысленно поаплодировала его памяти. Я бы такое не запомнила.