Впрочем… не думаю, что он бы помог. Ведь убийства и похищения прекратились, у нас не было поводов подозревать, что часть братства выжила. И зацепок для поиска не было.

Вернон потянулся к бокалу, потом опять в тарелку уткнулся, и разговор временно прервался.

– Убийства прекратились? – переспросил Дан, отставляя тарелку и подхватывая следующую. – А как же банки с кровью, которые вы нашли в подвале?

– Там не так много, – признался Вернон. – В этот раз братство по другому пути пошло – они сосредоточились на списках магически одарённых и наделённых уникальными талантами. Ведь прежние списки – те, что составлялись в Рассветном, уже недоступны.

– То есть они собирались убивать после того, как отыщут кортик?

– Именно. По крайней мере, это следует из показаний арестованных.

– Кстати об арестованных. Те, кто состоял в банде, в которую тебя внедряли…

– Да, все тут нашлись, – с горькой улыбкой перебил Вернон. – Только, судя по показаниям, им неизвестно и половины из того, что знают приближённые главарей.

– Выходит, им не доверяли? Но зачем же их тогда держали?

– Мелкие поручения, человеческий резерв. Плюс они маги, и неслабые, для первых заборов силы вполне подходят.

Мне вспомнилось, как «первый» испытывал кортик на арбалетчике, и к горлу подкатил комок тошноты. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов – просто обидно будет расстаться со съеденным тортиком из-за каких-то гадов.

– Моё появление в банде, вернее, моё разоблачение послужило катализатором, – со вздохом продолжил Вернон. – Главари решили, что медлить больше нельзя. Нам ещё предстоит выяснить, как им удалось подмешать яд в пищу леди Жанетт, но в том, что это попытка замести один из следов, сомневаться не приходится.

– А Люсси?

– С Люсси всё в порядке. Горничная не имела никакого отношения к банде. И, судя по всему, присоединилась к леди Жанетт в последний момент.

– Что с ней будет? – Вопрос, разумеется, касался не «солнышка», а судьбы Люсси.

– Думаю, в её случае суд ограничится наказанием в виде публичной порки и запретом на работу в столице.

Я представила, как бледную поганку раскладывают на позорном камне на одной из площадей, как палач перехватывает рукоять отмоченного в воде кнута… Наверное, мне должно быть стыдно, но жалости в этот миг я не испытывала.

– Леди Жанетт была приставлена, чтобы следить… – сказал герцог Кернский. – Она сразу сообщила о кортике. В братстве не могли не знать о намерении Жанетт выкрасть кортик, следовательно, о её неудаче тоже были осведомлены. Если учесть, сколько лет братство охотилось за этим артефактом… мне не ясно, почему они напали только сейчас. Чего ждали?

– Я тоже этим вопросом озадачился, – кивнул Вернон. – Но тут показания расходятся.