“Я обязательно буду следить за подражателями Джону Майеру”, - отвечаю я, в то время как телефон пищит у меня в ухе.

Это сообщение от Ли. Он в кампусе и хочет встретиться за ланчем у здания flower box building. Затем он отправляет мне pin-код, указывающий его местонахождение. Я изучаю экран — он в паре кварталов от меня.

Я спрыгиваю со скамейки и хожу, разговаривая, пока не нахожу Ли, выглядящего щеголевато в другом жилете и галстуке-бабочке, с коричневой кожаной сумкой-мессенджером, перекинутой через грудь.

-Ты хорошо ориентируешься? Папа спрашивает мне на ухо.

-Да, - отвечаю я, затем одними губами говорю Ли, - это мой отец на линии.

Ли улыбается и приветственно машет в трубку.

-Кстати, Ли передает тебе привет. Мы собираемся перекусить перед моим следующим занятием.

-У вас двоих будут какие-нибудь совместные занятия?

-Вряд ли. Она на последнем курсе и специализируется на биохимии.

Ли проводит рукой по голове, изображая, как зачесывает волосы назад. “Я потрясающе смотрюсь в лабораторном халате сэвиджа”.

Я шикаю на него, опасаясь, что отец услышит. Закатив глаза, Ли оживленно сжимает губы.

-Мне надо бежать, пап. Позвоню тебе завтра.

“Будь осторожна”, - говорит он мне как некий ритуал. “Люблю тебя, малышка”.

Ли берет меня под руку и ведет в египетское кафе несколькими дверями дальше. Владельцы - молодая супружеская пара, которая приветствует его, помахав рукой из кухни за прилавком. Они втроем разговаривают по-арабски, и я улавливаю слово ""американец"", когда Ли кивает в мою сторону. Прежде чем я успеваю взять меню из стопки на стойке, Ли отмахивается от моей руки и делает заказ за меня.

“Поверь мне”, - говорит он, когда мы садимся за столик снаружи. “Тебе это понравится”.

-Я попробую все, что угодно. И я умираю с голоду. Пирожного и немного кофе вряд ли хватит, чтобы продержаться утро после прогулки в кампус."

"Девушка за кассой выходит с двумя стаканами воды и нашей посудой. Она также ставит передо мной тарелку с лепешками и различными формочками с соусом.

-Они твои друзья? - Спрашиваю я, когда она уходит.

“Друзья семьи из старого района. Это место помогло мне пережить первый год в университете”, - говорит Ли. “Они дали мне работу мойщика посуды и уборщика столов, затем линейного повара. Хагер почти каждый вечер засиживался допоздна, запекая баранину на следующий день. Я заскакивал к ней вечером, после закрытия библиотеки, и она встречала меня на заднем дворе с тарелкой, которую нужно было отнести домой. Заботился обо мне, когда я впервые жила вдали от дома”.

-Твоя семья египтянка?

“Моя мама. Папа из манчестера. Мама научила нас с сестрой говорить на этом языке, потому что, по ее словам, хотела, чтобы мы чувствовали связь с культурой. На самом деле, я думаю, она не хотела чувствовать себя одинокой.