— Тогда мы пришли к тому, с чего начали: первая сестра убита Мигелем Вистасом, а вторая — его адвокатом, — резюмировала Марьяхо.

— Что нам нужно выяснить, так это мотивы. Смотрите, инспектор выходит.

Все оторвались от экрана: на пороге появилась Элена.

— Вы видели, этот человек не убивал Лару. Нужно немедленно снова задержать Мигеля Вистаса. Через пару часов он явится в суд и не должен выйти оттуда на свободу.

Глава 68

Мигель Вистас знал Элену по допросам в тюрьме Эстремера. Если он увидит ее, приехав на площадь Кастилии, то может заподозрить неладное и скрыться прежде, чем его успеют схватить.

Поэтому инспектор Бланко припарковалась во втором ряду в конце улицы Браво-Мурильо и сидела с телефоном в руках, ожидая известия об аресте убийцы Лары Макайи. То, что его выпустили на свободу, было ошибкой, и они ее исправят.

Ческа вошла в здание суда в сопровождении еще двух оперативников в штатском. В машине с Эленой остался Ордуньо. С ним она могла говорить начистоту, высказать все свои сомнения.

— А ты думал, Мигель Вистас невиновен? Скажи мне откровенно, Ордуньо.

Она взглянула ему в глаза в ожидании, но Ордуньо никогда не спешил с ответом.

Он отвечал на вопросы, только хорошенько все обдумав.

— Мы все считали, что он невиновен, — наконец произнес он. — Ведь убийство Сусаны идентично убийству Лары. Вряд ли это подражатель. Слишком много совпадений, причем в деталях, которые следствие не разглашало.

— Сарате думал иначе, — возразила инспектор. — Он считал, что Лару убил Вистас.

— Потому что хотел защитить Сальвадора Сантоса, а это совсем другое дело. Не занимайся самобичеванием, Элена.

— Не надо было отстранять его от дела, — пожалела она.

 — Я была к нему слишком строга.

— Насколько мне известно с твоих слов, Сарате украл отчет из дела Лары Макайи. И пошел на это, чтобы скрыть серьезный проступок своего наставника. Так что у тебя были все основания его наказать.

— Возможно, — согласилась Бланко, — но теперь выясняется, что Сальвадор Сантос был прав. Он знал, что Лару убил Мигель Вистас.

— Но фабриковать улики нельзя. Это уже за гранью.

Инспектор кивнула. Она была согласна с Ордуньо и разделяла его стремление к неукоснительному соблюдению правил. Но ее не оставляла мысль о том, что Сальвадор Сантос, возможно, спас не одну жизнь, упрятав в тюрьму этого кровопийцу.

Кто прав? Грань между добром и злом куда более призрачная, чем хотелось бы.

— Сальвадор был убежден, что убийца — Вистас. Но знал, что улик для обвинительного приговора не хватит. На его месте ты бы подложил волосы на труп?

На этот раз Ордуньо не медлил с ответом:

— Нет. Ложное доказательство может привести к отмене судебного решения и к освобождению убийцы и поставить крест на твоей карьере.