Оно ничтожно маленькое, но это все, что мне нужно. Я отрываю кусок своей рубашки и надавливаю на рану в безнадёжной попытке остановить кровотечение. Затем я думаю о том, чтобы поднять его и отнести к снегоходу, который застрял на середине холма, но я боюсь усугубить его травмы.

Поэтому я немного приподнимаю его и приседаю позади него так, чтобы его спина была прижата к моей. Затем я продеваю свои руки через его и начинаю подниматься.

Я падаю обратно вниз.

Это невозможно.

Он не только намного крупнее меня, но и без сознания, из-за этого ощущается ещё тяжелее.

Если я буду пытаться поднять его, я никогда не смогу вовремя оказать ему помощь.

Я отказываюсь от этой идеи и кладу его на спину. Затем я хватаю его за ноги и начинаю тащить по снегу. Таким образом, я не усугублю его травмы. Но это все равно тяжело. Мало того, что он буквально состоит из мышц, так ещё и холм такой крутой, что мои ноги горят, дрожат и подгибаются от напряжения.

Но я не останавливаюсь и не делаю пауз, разве только для того, чтобы убедиться, что он не бьётся головой о кочки. Как только я добираюсь до снегохода, я осторожно отпускаю его ноги на снег. Затем я использую всю свою нечеловеческую силу, которая у меня есть, чтобы перевернуть снегоход и перетащить его туда, где находится Кирилл.

Моё сердце сжимается и разбивается при виде огромной раны на его груди, но я не позволяю себе застрять в этой петле.

Я единственная, кто может ему помочь.

Я должна спасти его.

Эти мысли наполняют меня новой энергией, которая позволяет мне затащить его на снегоход."

"Я пытаюсь удержать его в вертикальном положении, когда сажусь перед ним, обвивая его тело вокруг своего для большей безопасности, а затем курткой привязываю его к себе. Я собираюсь ехать как можно быстрее, и я не могу допустить, чтобы он упал в середине пути.

Убедившись, что он в безопасности, я ищу по GPS ближайшую больницу, а затем веду снегоход на большой скорости. Я игнорирую звук других снегоходов, следующих за мной. Вероятно, это дядя Альберт и таинственные люди, которых он привёл с собой.

Мне плевать, потому что я серьёзно настроена. Если он хотя бы попытается помешать мне помочь Кириллу, ситуация очень быстро станет по-настоящему ужасной.

Мне требуется тридцать минут, чтобы добраться до больницы, и это только потому, что я действительно ехала на максимальной скорости снегохода, наклонившись вперёд, чтобы Кирилл мог облокотиться на меня и не упал.

Я готова была въехать на снегоходе через двери больницы, но из здания выходят несколько медсестёр с оборудованием. Я пытаюсь помочь им поднять Кирилла на носилки, но отступаю назад, когда они отталкивают меня, потому что понимаю, что они знают, как это сделать правильнее.