— Господи, пожалуйста, мистер Риццо! Мне очень жаль. Мне так чертовски жаль!

— Недостаточно, — прорычал я, прежде чем опустить лезвие на его руку.

Крики Джорджио в агонии наполняют воздух, и, вспомнив о синяках на руках и ногах Виттории, я прорезаю кость и рассекаю его предплечье надвое.

Встав, я выключаю пилу и отбрасываю ее в сторону. Я встречаюсь взглядом с Эдди и приказываю: — Выброси это дерьмо в мусорку и доставь ублюдка в ближайшую больницу.

Подойдя к двери, чтобы вернуться к своей жене, я говорю: — Джорджио, тебе лучше вернуться на работу через неделю.

Сквозь истерические крики ему удается пробормотать: — Д-да, сэр.

Я выхожу из офиса с Большим Рикки за спиной и направляюсь прямиком из клуба к машине.

Устроившись поудобнее на заднем сиденье, я смотрю в окно и думаю о женщине, которая ждет меня дома.

Сегодня мы точно заключим наш брак, но я должен помнить, что она - нетронутая девственница. Я должен учитывать ее страхи и чувства.

Я не хочу травмировать Витторию, поэтому мне придется ее успокоить, а это то, что я не привык делать.

Так что не нужно терять контроль и трахать ее до тех пор, пока она не сможет ходить.

Уголок моего рта приподнимается, потому что у меня наконец-то есть Виттория, и ее тело принадлежит мне, чтобы наслаждаться им.

Только мое.

Когда Большой Рикки паркует машину у входа в особняк, я выхожу и направляюсь внутрь, чтобы застать Тайни в гостиной, где он смотрит повтор бейсбольного матча.

— Где она?

Он указывает в сторону лестницы. — В главной спальне.

— Можешь идти, — приказываю я, направляясь в свою спальню.

Тайни и Большой Рикки живут в квартире над гаражом, поэтому они всегда наготове.

Если Тайни может убить человека одним ударом, то Большой Рикки никогда не промахивается. Они были со мной с самого начала и, вероятно, будут со мной до конца."

"Когда я захожу в спальню, то вижу Витторию, стоящую перед окнами от пола до потолка.

Она не слышит моего приближения, а когда я подхожу к ней сзади, в окне появляется мое отражение.

— Боже! — Она вздрагивает и прикладывает руку к сердцу, поворачиваясь ко мне лицом.

Мой взгляд скользит по зеленому платью, затем я говорю: — Ты переоделась.

Нервное выражение лица искажает ее черты, и она начинает бессвязно рассказывать: — Я приняла ванну. Надеюсь, ты не против. Я подумала, что это поможет мне успокоиться, и я хотела побриться, чтобы не быть совсем волосатой. — Высота ее голоса повышается с каждым словом, вылетающим изо рта. — Но ничего из этого не помогло, и у меня будет нервный срыв, потому что я не знаю, чего ожидать и что делать, и... и... и.

Взяв ее за плечо, я притягиваю ее к своей груди и обхватываю руками. — Шшш. Все будет хорошо, — говорю я, пытаясь унять ее тревогу.

Ее тело дрожит в моих объятиях, а я пытаюсь придумать, что еще сказать.