Колин снисходительно посмотрел на жену:

– Дорогая…

– Нет, правда! Уильям научился читать в четыре года. И Агата тоже.

– Вообще-то, – задумчиво признался Колин, – Агата научилась читать в три. Ничего особо сложного, но я знаю, что она читала короткие слова. Я это хорошо помню.

– Джорджи читает, я в этом уверена, – решительно настаивала Пенелопа.

– Ну что ж, это означает, что для вашей тревоги почти нет причин, – решительно выпалила Дафна жизнерадостным тоном. – Любой ребенок, научившийся читать до своего третьего дня рождения, без труда заговорит, как только будет готов.

Дафна понятия не имела, так ли это, но полагала, что подобное возможно. И это казалось разумным. А если Джорджи будет заикаться, как Саймон, его семья все равно будет любить и обожать его, давая всю необходимую поддержку, чтобы он вырос замечательным человеком, каким малыш, она была уверена, станет.

У Джорджи будет все, чего сам Саймон был лишен в детстве.

– Все наладится, вот увидите, – заверила родственников герцогиня, наклонившись и взяв Пенелопу за руку.

Дафна заметила, как напряжено горло и крепко сжаты губы невестки. Герцогиня отвернулась, желая дать той минуту, чтобы собраться с силами. Колин дожевывал уже третью булочку и тянулся за чашкой чая, так что Дафна решила задать следующий вопрос ему.

– А с остальными детьми все хорошо?

Он глотнул чаю.

– Вполне. А с твоими?

– Дэвид набедокурил в школе, но теперь, похоже, угомонился.

Колин взял еще одну булочку.

– А девочки не действуют тебе на нервы?

Дафна удивленно моргнула.

– Нет, конечно. А почему ты спрашиваешь?

– Ты ужасно выглядишь, – выпалил он.

– Колин! – вмешалась Пенелопа.

Тот пожал плечами:

– Но она и правда плоховато выглядит. Я отметил это еще по приезде.

– И все же тебе не стоит… – выговаривала ему жена.

– Если я не могу о чем-то ей сказать, то кто же сможет? Вернее, кто скажет? – откровенно парировал Колин.

Пенелопа понизила голос до настойчивого шепота:

– О таких вещах не говорят.

Колин на мгновение уставился на жену, затем посмотрел на Дафну. Потом опять перевел взгляд на супругу.

– Я понятия не имею, о чем ты толкуешь, – признался он.

Пенелопа открыла рот, ее щеки заалели. Она красноречиво посмотрела на золовку, будто говоря: «Ну что?».

Дафна только вздохнула. Неужели ее интересное положение настолько заметно?

Супруга Колина нетерпеливо перевела взгляд на мужа.

– Она… – И Пенелопа вновь повернулась к Дафне. – Ведь так и есть, верно?

Та утвердительно кивнула.

Пенелопа послала супругу самодовольный взгляд.

– Она беременна.

Колин застыл почти на полсекунды, прежде чем продолжить обычным невозмутимым тоном:

– Нет, не беременна.

– Нет, беременна, – возразила Пенелопа.

Дафна решила не вмешиваться. Да к тому же ее затошнило.