Можешь приходить на производство, поставлю тебя уборщицей, пятнадцать тысяч в месяц твои.

Марфа объяснила дяде, что она учится в школе, где взять время на мытье полов? Но Геннадий Борисович не пожалел племянницу:

– Утром можешь цех мыть. Уроки у тебя начинаются в девять. Если к шести придешь на работу, до восьми отдраишь помещение и успеешь к первому уроку.

Марфа решила, что дядя над ней издевается. Ехать четыре километра до села Зайцево? Возюкать шваброй по плитке, а затем нестись в школу? И все это за жалкие пятнадцать тысяч в месяц, на которые ничего хорошего не купишь?

– Значит, деньги тебе не нужны, – сделал вывод бизнесмен, услышав возмущение Марфы.

 – Кто на самом деле нуждается, четыре километра бегом пробежит, лишь бы зарплату получить. Не желаешь трудиться? Сиди без гроша в кармане. По-иному не выйдет.

Но ведь остальные ребята в классе имеют кредитки, у них у всех суперские, не долбанутые на голову родители. И лучше всех живет Катя. Ее мама Вика веселая, заводная. Каждый вечер она несется на крутую тусовку, куда слетаются журналисты. Катю мама всегда берет с собой, а потом в глянцевых журналах печатают фото с подписью: «Светская дама Виктория Федорова с красавицей дочерью».

Все девочки в классе завидуют Кате и хотят с ней дружить. У Катерины в кошельке полно налички и армия кредиток. Федоровы часто летают в Париж за покупками, Катя опустошает магазины. Вика плевать хотела на оценки, она никогда не ругает дочь за двойки, разрешает ей как следует выспаться и прийти на занятия к третьему уроку. Катя имеет право хоть каждый день приводить к себе приятелей и тусить на полную катушку. Если ее гости выпьют все спиртное в баре, слопают все продукты в холодильнике, наблюют в ванной, останутся ночевать, Вика даже бровью не поведет, она идеальная мать, о какой мечтает любая школьница.

А еще у Екатерины замечательный папа. Семен в разводе с Викой, если встретит бывшую, материт ее.

Но отец любит Катю и забирает ее на месяц летом в свой дом в Майами, девочка возвращается с тонной ювелирки и каратами на всех пальцах. Катя проколола себе пупок! Марфе даже сережки носить не разрешают, Федорова – звезда гимназии, а она, Демидова, отстой, но девочки – лучшие подруги.

Марфа мечтала получить хоть грамм свободы, и дочь Вики в конце концов придумала, как это осуществить, она дала денег Нине Герасимовне, руководительнице кружка рисования, и попросила ту помочь. Училка позвонила Флоре со словами:

– У Марфы талант, девочке надо заниматься у меня три раза в неделю по вечерам."

"Флора обрадовалась, что у дочери обнаружился дар, и Марфа получила возможность по понедельникам, средам и пятницам приходить домой в десять вечера.