– Я согласна.

– Фу, – вырвалось у Марии Ивановны, – давай сюда рубашку и брюки Артема. А еще выдери у него из головы прядь волос. Не отрежь! Пальцами вырви.

– Зачем? – пролепетала Света.

– Потом поговорим, – отмахнулась Демидова.

Зинкина выполнила приказ. Мария схватила шмотки, унесла их, но быстро вернула со словами:

– Пусть немедленно все натянет.

– Но тут кровь, – испугалась Светлана, – и на сорочке, и на штанах.

– Хочешь получить квартиру? – прищурилась соседка.

Зинкина кивнула.

– Тогда живо вели ему переодеться, – отрезала мать Геннадия.

Когда появилась милиция, Светлана так испугалась, что не могла и слова вымолвить, мямлила нечто маловразумительное. Опера поняли, что Зинкина в шоке, и не стали ее допрашивать. К следователю ее вызвали через неделю. Молодой румяный парень с сочувствием сказал:

– Ваш брат состоит на учете в психдиспансере. Соседи рассказали о привычке Артема Егоровича у почтовых ящиков стоять, и есть свидетель совершения насилия и убийства. К вам претензий нет. Живите спокойно. Против вашего брата много улик, на его одежде кровь жертвы, в ее руке прядь волос убийцы.

– А что будет с Темой? – робко спросила Светлана. – Его в тюрьму упрячут?

Следователь помолчал, потом произнес:

– Не могу ничего сказать по данному поводу. Но, полагаю, скорее всего его отправят на лечение. Светлана Егоровна, может, мои слова прозвучат жестоко, но вам будет лучше, если брата в клинику упрячут. Ваши соседи сообщили, какая вы заботливая сестра, но у вас нет ни мужа, ни детей. Нельзя свою жизнь сумасшедшему посвятить. Вы его очень любите, но надо и о себе подумать. Артему Егоровичу необходимо особое лечение, потому что он совершил преступление.

Всем будет лучше от его изоляции.

– Где Артем сейчас? – спросила Света.

– Под наблюдением квалифицированных специалистов, – пояснил следователь. – Свидания с ним пока не разрешены. Вопрос о ваших встречах с братом буду решать не я, а доктор."

"Артема заперли в особой психиатрической лечебнице, он провел там несколько лет. На втором году Зинкиной разрешили его навещать. Света регулярно приезжала к брату, привозила всякие вкусности. Теме лечение пошло на пользу, он стал спокойным, располнел, казалось, что больной всем доволен.

Артем разумно объяснялся, благодарил за сладости и фрукты, просил принести ему карандаши. В клинике его пристрастили разрисовывать картинки, и Тема радовался как ребенок, когда Света приносила ему детские раскраски. А вот ее с каждым днем все сильнее и сильнее мучила совесть. Мария Ивановна не обманула, сначала она пристроила Зинкину уборщицей в институт, откуда недавно уволился ее муж. А потом Света получила и кооперативную квартиру.