— З-заткнись, — простонала я. Черт возьми.

— Я был терпеливым, Саша, а ты знаешь, что терпение — не самая сильная моя черта. Я готов быть настолько терпеливым, насколько ты захочешь, если это означает, что ты вернешься ко мне, но я больше никогда не стану слушать о том, что ты уходишь от меня.

Его толчки становятся все более дикими и глубокими, пока все мое тело не становится истерзанным и податливым. Пока каждый дюйм меня не истекает кровью прямо перед ним.

Это только физически, — заставляю я себя думать, пока кончаю с беззвучным криком. Затем я опускаю голову ему на плечо и кусаю пространство между его шеей и ключицей.

Меня не волнует, что оно покрыто засохшей кровью. На самом деле, я кусаю сильнее, просто чтобы убедиться, что он здесь, со мной, а не где-то там, раненый.

Это всего лишь гребаная физическая близость. Ничего большего быть не может.

Кирилл с дикой энергией переходит на более быстрый темп. Мои ягодицы ударяются о перила при каждом толчке.

Я продолжаю кусать его, причиняя как можно больше боли. Он стонет, а затем кусает и мое горло.

И тут же он кончает глубоко внутри меня. Он выходит и отпускает мое бедро лишь для того, чтобы небрежно помассировать мой клитор своей спермой, после чего он толчком возвращает ее обратно в мою киску.

Я не знаю, почему тот факт, что он всегда так делает, заставляет меня так сильно возбуждаться в течение нескольких секунд. Словно он не хочет, чтобы хоть капелька вытекла, и заставляет меня принять все.

Мы находимся в таком положении несколько минут. Я перевожу дыхание, пока он сосет и покусывает мое горло. Завтра там точно будет красоваться темный засос.

Когда я кладу голову ему на плечо, дымка наслаждения медленно рассеивается, и мрачная реальность бьет меня по лицу.

Теперь это невозможно отрицать.

Я поддалась старым привычкам.

Глава 17

Кирилл

Саша отстранилась от меня.

Она использовала предлог, что ей нужно в душ, и поскольку мне нужно было позвонить Виктору, я отпустил ее.

Пока.

Помывшись в душе внизу, я обернул полотенце вокруг талии и просушил волосы другим.

Прижав телефон к уху, я иду в гостиную.

— Тебе что-нибудь нужно, Босс? — Виктор отвечает полусонным голосом.

Я забыл, что сейчас раннее утро. И хотя Виктору нужен сон после нескольких лишенных месяцев, сейчас на него нет времени."

"— Сегодня ночью на нас напали.

На другом конце — тишина, за которой последовал какой-то звук. Что-то стучит на его конце, когда он говорит трезвым голосом:

— Я буду через несколько минут.

— Нет.

— Что, мать твою, ты имеешь в виду под «нет»? Я говорил тебе, что это глупая идея — оставаться в одиночку без какой-либо защиты.

— Это тот самый момент, когда ты говоришь: «я же тебе говорил»?

— Я не в настроении шутить.