Она пожимает плечами.

— Мы русские не столь эмоциональны. Мы более, как вы это называете, стойкие. Никто же не пострадал. Иногда, когда происходят какие-то плохие вещи с людьми, которых ты любишь, они позволяют тебе увидеть, насколько сильно ты их любишь, а также учит нас еще больше ценить их.

Я вскидываю голову.

— Ты на самом деле не думаешь, что он поступил неправильно?

— Неправильно? Что ты имеешь ввиду под неправильно? Столетие назад не было зазорным, купить мужчину и использовать его в качестве раба. В мире Александра — это не неправильно — забрать твою сестру, чтобы получить тебя. В его мире она приманка, которую он надел на крючок, чтобы поймать рыбу, которую хотел.

Боже мой. Как он должно быть смеялся надо мной, называя меня рыбкой и сказав, что это русское нежное выражение нежности.

— Это черт побери, называется обосраться по полной, — говорю я с гневом. Маленькая рыбка, мать твою!

— У Александра свои собственные правила.

— И что в них хорошего? — гневно требую я ответа.

Она смотрит мне прямо в глаза.

— Александр действует по принципу — что посеешь, то пожмешь. Думаешь, что он случайно признался сегодня тебе, что имеет отношение к похищению твоей сестры?

— Что ты имеешь в виду?"

"— Александр имеет много секретов, которые уйдут с ним в могилу. Ты можешь никогда не узнать ни одного, хотя всю жизнь проведешь с ним. Если ты сегодня это узнала, то только лишь потому, что он хотел, чтобы ты узнала об этом.

Я вспоминаю его глаза, когда он говорил мне, что стоит заняться йогой и медитацией, как моя сестра. В них было что-то такое. Он знал заранее, как я отреагирую.

Он хотел, чтобы я ушла.

Я ахаю и прикрываю рот рукой.

— Боже мой! Он больше меня не хочет, и это его своеобразный способ избавиться от меня.

У меня начинает колоть сердце. Мне было намного лучше, когда я предполагала, что ухожу от него сама, а не потому что он этого захотел.

Она отрицательно качает головой и глубоко вздыхает.

— Ты слишком еще молода, чтобы понять такого мужчину, как он. В том то и оно, что он не хочет, чтобы ты уходила.

— О чем ты? — тут же спрашиваю я.

— Ты когда-нибудь думала, что это может быть полная противоположность твоим мыслям? Возможно, он хочет тебя слишком сильно, и боится причинить тебе боль.

— Боль мне? Я никогда не обижу его, — с горячностью отрицаю я.

— Взгляни на себя. При первых же неприятностях, ты хватаешь сумку и убегаешь, поджав хвост. Хороша ли ты для такого мужчины, как он? Ему нужна сильная женщина. Женщина, которой он сможет доверять.

— Да, потому что он мудак и преступник? — вставляю я, уязвленная ее критикой.

Она загадочно улыбается.

— Ты же видела, как он играл на пианино?

У меня до сих пор звучит эта музыка в голове.

— Да, — шепчу я.

— Именно тогда ты и видела его настоящего.