— Тихо сказала я, обходя кровать и становясь перед ней.

Она сидела, сгорбив плечи, лицо ее было лишено эмоций, глаза были пустыми и стеклянными. Мама смотрела в окно, и я, наблюдая за ней, взяла себя в руки, чтобы не разрыдаться.

Джуд обошла кровать и встала рядом со мной.

— Мам, это Джуд. Девушка Итана. — Представила я Джуд маме.

Ее глаза отвернулись от окна и нашли глаза Джуд.

Она села рядом с мамой, и я решила выйти из спальни.

Вернувшись вниз, я вошла на кухню и увидела, что Ария и Люси уже моют тарелки и бокалы для вина, потому что посудомоечную машину нам еще не доставили.

Люси повернулась от раковины ко мне и осушила последний бокал для вина.

— Как дела?

— Я хочу, чтобы все ушли. Я больше не могу этого выносить, но как это сделать? Просто выкинуть их? Я никогда раньше не организовывала ничего подобного, не говоря уже о том, чтобы быть свидетельцей этого. — Пробормотала я.

Я хотела, чтобы все ушли, и предпочла бы спрятаться в кладовке, чтобы избежать любых вопросов, пока последний гость не покинет дом.

Ария положила руки мне на плечи и прижала меня к себе.

Люси уже ушла вперед, и я краем глаза видела, как она подходила к каждому гостю и разговаривала с ними.

В тот момент я не могла представить себе лучших подруг, чем Ария и Люси.

Одна за другой на кухне скапливались новые тарелки и бокалы, когда гости ставили их туда, прощались со мной и покидали дом.

Джуд спустилась по лестнице и попрощалась со мной.

— Я сказала твоей маме и оставила ей свой номер телефона. Может быть, ты тоже свяжешься с ней. — Сочувственно улыбнулась она, после чего сделала то же самое с гостями и вышла из дома через парадную дверь.

Люси и Ария были последними гостями, с которыми мне пришлось попрощаться, и, закрывая входную дверь, я зажала рот рукой, чтобы подавить рыдания и всхлипывания.

Получалось не очень хорошо, но я изо всех сил старалась подавить всхлипы, потому что если бы мама увидела или услышала мой плач, она бы тут же присоединилась, а я была очень рада, что она в этот момент не плакала.

Вдруг я услышала скрип деревянной лестницы и, обернувшись, увидела, что Чарльз развязывает галстук.

Я подумала, что все уже ушли, и пожалела об этом, потому что мне хотелось побыть одной и разобраться в своих мыслях.

— Твоя мама уже спит. — Тихо сказал он, прислонившись плечом к белой дверной раме.

Мне было неловко, что он помогает нам, потому что я хотела сделать это одна.

Итан смог все это сделать, когда мы с папой попали в аварию, и они с мамой остались дома одни.

Я должна сделать так, чтобы все получилось. Для Итана. Для мамы.

Теперь мы были только вдвоем.

Итана больше нет, а папа даже не потрудился посетить похороны своего сына.

— Спасибо, что помог мне. — Коротко улыбнулась я ему.

Я никогда не видела Чарльза таким избитым.