Тебя трудно назвать скрытным, а у Бекс длинный язык. Она рассказывает мне все.

— Черт, — ворчит он, когда Айзек приближается ко мне, и я замечаю, как Остин отслеживает каждый его шаг, но, к счастью, Айзек достаточно умен, чтобы держать свои руки подальше от меня. — Тебя это устраивает? Ты не ненавидишь меня?"

"— Есть много вещей, за которые я хочу тебя ненавидеть, но это не одна из них. Вы идеально подходите друг другу, и если кто-то и будет сводить тебя с ума и заставлять страдать из-за того дерьма, которое ты на нас выплеснул, так это Бекс.

Остин хватается за шею и закатывает глаза.

— Да, она такая.

Гордость переполняет мою грудь. Я знала, что Бекс поддержит меня в этом.

Я широко улыбаюсь, но улыбка быстро исчезает, когда я перевожу взгляд с одного парня на другого.

— А что касается вас двоих? — спрашиваю я, нервы режут мои вены, как миллион крошечных бритв. — У вас все будет хорошо?

— Он сказал то, что должен был сказать, — сообщает мне Остин, бросая осторожный взгляд на Айзека. — И, несмотря ни на что, он по-прежнему мой лучший друг. При условии, что он тоже снизойдет до того, чтобы простить меня.

Айзек усмехается.

— Зависит от обстоятельств. Ты собираешься помочь мне перевезти все ее барахло ко мне домой? Один я не справлюсь.

— Э-э-э… А как же я? — спрашиваю я, обиженная мыслью, что от меня будет мало толку.

— А ты-помеха, — поддразнивает Айзек, прежде чем сосредоточиться на стоящем перед ним засранце. — Что скажешь? Я не планирую уходить от нее, и мне бы чертовски понравилось, если бы мне не пришлось уходить от тебя.

Остин стонет и оглядывает кучи моего дерьма, разбросанные от одного конца моей квартиры до другого.

— Мы не можем просто позвонить в компанию по переезду и вместо этого пойти выпить пива?

— Не-а.

— Тогда ладно, — говорит он с тяжелым вздохом. — Но сделай мне одолжение, держи свои руки подальше от нее, пока я не скроюсь из виду. Я даже близко не готов снова увидеть это дерьмо.

Широкая улыбка растягивает мои губы, и, хотя между нами все еще сохраняется напряжение, я знаю, что все будет хорошо, особенно когда я снова бросаюсь к нему, а он быстро уклоняется от моих объятий.

— Фу-у-у, перестань, — ворчит он, мой игривый, заноза в заднице, брат восстал из мертвых. — Никто не знает, где были эти руки.

Я не могу удержаться от смеха, когда Остин закатывает глаза, и не прошло и минуты, как у него в руке оказались ключи от машины.

— Я пойду найду коробки и скотч, — говорит он, поворачиваясь на пятках, явно не в восторге от того, что его заставили помогать нам. — И когда я вернусь, клянусь Богом, если я почувствую запах секса в воздухе, у нас действительно будут проблемы.