Мне хочется просто лечь с ней, обнять ее, даже если она при этом ударит меня.

Я освобождаю ее запястья и беру ее на руки. Мой паук сидит у меня на плече, пока я несу ее из подвала. Я позволяю ему пойти с нами в спальню, пока она храпит у меня на груди, поднимаю ее повыше, чтобы перекинуть через плечо, а затем усаживаю своего питомца в его террариум.

Я несу Оливию в ванную и наполняю ванну, а сам сажу ее на пол, спиной к себе, и провожу расческой по ее волосам. Она хнычет во сне, трется бедрами друг о друга, поэтому я опускаю руку и нащупываю ее киску, и тут же жадная маленькая незнакомка упирается в мою ладонь.

— Нет, - говорю я, убирая ее. — Еще нет."

"Я поднимаю ее в ванну, не забираясь следом, как делал всякий раз, когда накачивал ее наркотиками в ее квартире. Я смываю всю кровь с ее тела губкой, затем беру ее обычный шампунь и намыливаю им ее волосы. Она постоянно соскальзывает под воду, и это меня чертовски раздражает.

Удерживая ее на месте, я одной рукой снимаю одежду, даже балаклаву, и залезаю к ней сзади, чтобы она не шевелилась, пока я мою ей волосы. Я удовлетворенно вздыхаю от того, как идеально она прижимается ко мне, ласкаю ее сиськи и пощипываю соски, заставляя ее тихонько вскрикивать.

Она все еще без сознания, когда я вытираю ее насухо, чищу зубы и целую, затем укладываю в постель. Я надеваю свежую одежду — толстовку с капюшоном и спортивные штаны, чтобы скрыть свои татуировки, — и снова натягиваю балаклаву, сидя на комоде с сигаретой, пока она спит.

Голая. Обнаженная. С клеймом в виде моего рта и моих инициалов, выжженных на ней, и маленькими порезами от моего ножа. Она выглядит идеально. Она выглядит как моя.

Я докуриваю и забираюсь в постель рядом с ней, сам чувствую усталость, но не могу уснуть - она проснется раньше меня и попытается убежать.

Она не может меня бросить. Только не снова.

Я притягиваю сестру к себе - идеальную маленькую ложечку, мой кусочек головоломки - обхватываю ее руками и целую место за ее ухом. Мягкие, целомудренные поцелуи. Она вздыхает, покачивая бедрами, и я откидываюсь назад, чтобы посмотреть, как ее попка трется о мой твердеющий член.

Мне вспоминается тот первый раз, в моей постели, когда она подумала, что я сплю, и потерлась задницей о мой член. В тот момент я был чертовски близок к тому, чтобы довести дело до конца, но я был девственником, и независимо от того, был я самоуверенным дрочером или нет, Оливия заставляла меня нервничать.

Она и сейчас заставляет.

Я толкаю Оливию на спину и устраиваюсь между ее ног, стягивая боксеры с задницы, чтобы мой член оказался на свободе. Я сжимаю в кулак основание, поглаживаю его один раз, а затем касаюсь им ее клитора, заставляя ее напрячься и шире раздвинуть ноги для меня.