– Развяжите меня, остолопы! Как я буду ухаживать за эйриной?

За спиной Шеррана несколько нидангов спускали шлюпку.

– Я хочу дождаться его! – прошептала я дрожащими губами.

Сердце колотилось, как безумное. Мне было плевать на все: на мокрое платье, облепившее тело, на противный моросящий дождь, заливающий палубу, на пронизывающий ветер. Я не чувствовала холода. Внутри меня постепенно разгорался огонь, согревая меня изнутри.

В тот момент, когда Эйден шагнул на борт, я не выдержала и сорвалась с места.

Я бежала к нему, путаясь в подоле, поскальзываясь на мокром настиле, то и дело натыкаясь на разбросанный бурей такелаж. Ниданги и имперцы расступались в стороны, пропуская меня. Но я ничего не замечала. Лишь глаза – серебристо-стальные, с серповидным зрачком, излучающие любовь.

И когда он поймал меня и закружил, смеясь от счастья, я вспыхнула ослепительным пламенем, освещая ночь, будто праздничный фейерверк.

Эпилог (Два месяца спустя)

– Ваше Величество, мы все подготовили, – Рейла отступила, и за ее спиной я увидела кровать поистине королевских размеров. Огромную, овальной формы, стоявшую на возвышении в самом центре комнаты, точно алтарь, на котором я сегодня принесу последние клятвы своей любви.

Полупрозрачный шифоновый балдахин стыдливо укрывал ложе от нескромных глаз с трех сторон, а с четвертой оставался присобранным, позволяя рассмотреть сорочку из тонкого кружева, розовеющую на белом шелковом покрывале.

В горле пересохло от волнения. Я смотрела на эту кровать, и в сердце в моей груди колотилось так, словно хотело взлететь безумной птицей. Мой огонь, обычно смирный и послушный, сейчас буквально бушевал внутри меня, и алые отблески его пламени то и дело вспыхивали, окружая меня пылающим ореолом. Хорошо еще, что этот огонь всего лишь отображение моей ауры в физическом мире, иначе я бы уже давным-давно все здесь спалила!

– Пусть все выйдут, – мой собственный голос показался сиплым и дрожащим. – А ты, Рейла, останься.

Остальные юмати с поклоном удалились. На пороге королевской спальни каждая из моих верных охранниц поклонилась и пожелала счастливой ночи. И от каждого такого пожелания я заливалась стыдливым румянцем все больше и больше.

– Позвольте, я сниму с вас платье, – Рейла приблизилась ко мне.

Я повернулась к ней спиной, давая возможность распустить корсаж на моем свадебном платье. Оно было великолепно. Бледно-голубое, пышное, похожее на застывшую морскую пену. Мелкие голубые жемчужины усыпали его корсаж, переливаясь и поблескивая в свете магических шаров. Полупрозрачные рукава не скрывали тонкой линии рук, а низкий вырез, открывавший призывную ложбинку между грудей, был стыдливо прикрыт кружевом.

Когда платье и нижнее белье упали к моим ногам, я молча перешагнула через них.