Удлиненный овал лица, множество мелких косичек, струящихся по плечам, и нечеловечески гибкая талия намекали на нидангское происхождение. Одеяние девушки, состоявшее из узких полос, скрепленных фибулами, развевалось в танце вокруг ее бедер, открывая бронзовые ноги.

– Как мило, – заметила я, наслаждаясь видом.

– Я знал, что вам понравится, – улыбнулся Эйден. – Это статуя Анамирэ – нидангской богини весны. Считается, что она из Изначальных. Но это еще не все.

Он обошел беседку и остановился перед двумя могучими вязами, чьи ветви настолько переплелись, что создавали подобие шатра.

– А вот и мой сюрприз.

Я с открытым ртом уставилась на качели. Старая добрая ""лодочка"", искусно вырезанная из дерева и покрытая темным лаком. Внутри две скамеечки в противоположных концах, резные перильца, даже дверца открывается. И четыре позолоченные цепи, которыми эта ""лодочка"" крепится к толстым ветвям.

Эйден усадил меня на лакированную скамеечку, закрыл дверцу, а сам встал напротив и ухватился за цепи. В его глазах сверкали смешинки, а лицо, наверное, впервые с нашего знакомства, сбросило маску холодности и отчуждения.

Яркое солнце сверкало золотом в его волосах, ветер ерошил непослушные кудри и заставлял щурить глаза. В этот миг Эйден показался мне бесшабашным мальчишкой, не знающим бед, но никак не пиратом. На миг даже почудилось, что я наконец-то вижу его настоящим, а не таким, каким он хочет себя показать.

Но потом я подумала, сколько раз здесь бывала Эстель, и все очарование как рукой сняло!

Да что это со мной! Блондинка здесь несколько лет прожила, а я всего пару недель. Он жил с ней, как с женой, а меня всего лишь поцеловал. К чему эта глупая ревность? Я ему никто.

– Знаете, эйрина, я никогда не был слишком суеверен, – задумчиво проговорил Эйден, начиная понемногу раскачивать ""лодочку"", – но с тех пор, как я поцеловал вас там, на своем корабле, один и тот же сон мучает меня по ночам.

– И что же вам снится? – с опаской поинтересовалась я, вцепившись в перила.

– Вы.

Этот короткий ответ обескуражил меня.

– Сначала вы снились мне вот в этом голубом платье, и потому, я приказал сшить его для вас и даже подробно описал, как оно должно выглядеть. А потом мне стало сниться, что вы качаетесь на качелях в моем саду, и я приказал сделать эти качели для вас.

– Вы мне тоже снились, – тихо призналась я.

Качели раскачивались все сильнее, ""лодочка"" то взлетала вверх, то падала вниз, да так, что захватывало дух.

– Скажите, что же вам снилось?

– Я не помню… я забываю свои сны.

– Напрасно. Иногда они могут указать правильный путь.

– А ваш сон был из таких?"

"– Да. Именно во сне я понял, что у нас с вами одна судьба на двоих.