После чего создал волну, смывшую всю грязь с участка в ближайшую канаву. Затем вскинул обе руки в воздух, и «магическая» вода тоже поднялась с земли. А после исчезла.

— Когда устанешь от службы в Корпусе, можешь своё клининговое агентство открыть, — предложил я Игнатову. — Я даже название придумал: «Феи чистоты». И слоган: «В доме нет женщины? Вызови себе свою Фею!»

Полковник посмотрел на меня с ухмылкой и обещал подумать.

Ну а дальше, я достал из пространственного кармана мягкие шкуры и яства. Уселись, принялись за еду. Фая с Юрцом в это время отправились на разведку.

— Мы уже здесь несколько часов, а оборотни до сих пор не заканчиваются, — задумчиво жуя бутерброд, изрёк полковник. — А ведь, судя по количественно-качественному составу тварей, прорвавшихся в наш мир, оборотней в аномалии меньшинство. Благодаря вашей феноменальной и неиссякаемой силе мы идём довольно бодро. Но… страшно представить, сколько времени мы тут потратим.

— Время… — задумчиво проговорил я. — Могучая сила.

— О чём вы, Максим Константинович? — оторвался от фляжки с тонизирующим сиропом Игнатов.

— Вы лучше меня знаете, что время в аномалии и реальном мире течёт по-разному, хотя порой эта разница практически незаметна.

Когда мы очутились в этой аномалии, я понял, что колыхания Пространства и Времени здесь особо не стабильны и буйны. Пожалуй, тут оно идёт гораздо быстрее, чем на Земле. Там, дома, возможно, мои ребятки только добрались до гвардейцев вашего рода. А здесь мы с вами уже перебили кучу монстров.

— Вы способны ощущать даже такое? — опешил Игнатов. — Да есть ли вообще предел ваших возможностей, Максим Константинович?!"

"Он воскликнул так искренне и полыхнул целым ворохом ярких эмоций, что мне стало даже немножечко страшно.

Вера в товарища — это здорово. Но фанатизм, близкий к религиозному, отупляет.

— Не нужно меня обожествлять, Алексей Михайлович, — проговорил я строго. — Без «Воли Святогора» и не на своей земле, в одиночку я точно не справлюсь с пятью Богоподобными.

— Аж с пятью?! — опешил он. — То есть с четырьмя…

— Я сказал «точно не справлюсь», — с нажимом повторил я. — С четырьмя тоже могу не справиться. Но шансов больше. Хотя… тут, конечно, всё зависит от подготовки, и…

На самом деле я никогда не любил признавать вслух, что у меня может что-то не получиться.

Одно дело — допускать такую возможность, и приложить все силы, чтобы дерьма не случилось. И совсем другое — откровенно об этом заявлять.

Аж корёжит!

Фу таким быть, Игнатов! Заставил своего царевича страдать.

— Короче! — резко повысил я голос. — Обойдёмся без допущений и без моделирования пораженческих ситуаций. Проигрывать никому и ни за что я не собираюсь. Даже если пятеро Богоподобных внезапно нападут на меня — я тупо свалю, а потом выловлю их по одному.